Авторам Национальной стратегии устойчивого развития придется сделать трудный, но необходимый выбор.

 

В мае в Минске состоялся первый из запланированных круглых столов, на которых должна обсуждаться Национальная стратегия устойчивого развития страны до 2035 г. Министр экономики Беларуси Дмитрий Крутой заявил, что разработать эту стратегию предполагается совместно с экспертным сообществом, чтобы рассмотреть большее количество точек зрения и сценариев развития национальной экономики. Министр также отметил, что за рубежом происходят события, которые затронут и нашу страну. Он упомянул о торговых войнах, революции в IT-сфере, технологиях и финансах. Эксперты в ходе заседания также затронули вопросы, связанные с образованием и наукой.

 

социальная 1 

Революция в идеологии

 

Вместе с тем в числе рисков, перечисленных министром, не хватает одного, возможно, самого важного - изменения идеологии и нравственности современного западного общества. В этой сфере также намечается революция, которая в значительной степени (не исключено, что даже в большей, чем IT и технологии) будет определять будущее мировой экономики. О ней рассуждал европейский комиссар по внутренней торговле Мишель Барнье в программе «Без купюр» на телеканале «Евроньюс» 15 марта.

 

Политик попытался найти ответ на вопрос о том, почему 52% британцев проголосовали за выход из ЕС. По его мнению, это объясняется возникшим у них ощущением брошенности, отчужденности и незащищенности со стороны Европы, распространением мнения о том, что Европой управляет бескомпромиссная бюрократия. Как считает Мишель Барнье, такое впечатление возникло из-за того, что 30 лет назад Европа совершила фундаментальную ошибку. А именно - в момент старта процесса глобализации, когда произошло разрушение биполярного мира, разделенного между Советским Союзом и США. Именно тогда, сказал Мищель Барнье, начали распространяться идеи вседозволенности и ультралиберализма, которые оказались фундаментальной ошибкой. «Я думаю, пришло время вернуться к фундаментальным принципам социальной рыночной экономики. И тут важны все три слова: Социальная Рыночная Экономика», - заявил еврокомиссар.

 

Он также сообщил, что в ЕС пытаются исправить ситуацию, и представил парламенту «постановление по обеспечению порядка, прозрачности, ответственности, морали и этики там, где они отсутствовали... для банкиров и финансовых рынков, которые думали, что им всем позволено делать что угодно, потому что это действительно было так».

 

Об этой идеологической проблеме рассуждал и министр иностранных дел России Сергей Лавров 20 мая на приеме по случаю православной Пасхи. «В Европе, стыдливо отрекающейся от своих христианских корней, агрессивное меньшинство упорно насаждает псевдолиберальные ценности», - сказал министр.  

 

Он назвал современную идеологию, господствующую во многих западных странах, даже не ультралиберализмом, а псевдолиберализом, и такое определение, пожалуй, можно считать наиболее верным. Дело в том, что классический либерализм отстаивает идею свободы, под которой понимается право человека делать то, что не наносит вреда другим людям. А замена идеи свободы вседозволенностью означает отказ от свободы, т.е. либерализмом считаться не может, и всякие термины типа «неолиберализм» или «ультра-либерализм» тут не подходят. Эта идеология - подделка под либерализм, поэтому и является на самом деле псевдолиберализмом. Замена свободы вседозволенностью означает возрождение закона джунглей, когда всем все можно и прав тот, кто сильнее. То есть это не развитие цивилизации, а деградация.

 

Понимание данных терминологических нюансов очень важно. Дело в том, что классические либеральные идеи оказали значительное влияние на мир, можно даже сказать, что современная цивилизация построена на их основе. Поэтому они очень популярны в обществе. И псевдолиберальная идеология, именуя себя неолиберализмом, делает вид, что продолжает и развивает либеральные идеи, что обеспечивает ей привлекательность в глазах людей и общественную поддержку.

 

К тому же и многие люди называют современную западную идеологию либерализмом. Совсем недавно так считал и Сергей Лавров. На ежегодной встрече со студентами и профессорско-преподавательским составом Дипломатической академии в этом году он сказал: «Западная либеральная модель развития, которая в том числе предполагала утрату части национального суверенитета - именно в этом ключе задумывалось нашими западными коллегами то, что они называли глобализацией, - эта либеральная модель теряет привлекательность и уже давно не является образцом для всеобщего подражания. Более того, к ней скептически относятся и многие граждане самих западных стран».

 

Суть проблемы тут передана абсолютно верно, хотя современная западная модель развития является не либеральной, а псевдолиберальной, поэтому и теряет свою привлекательность. Как видим, многие и европейские, и российские лидеры говорят о моральных ценностях и действиях государства, ограничивающих вседозволенность и обеспечивающих гражданам свободу. А также о том, что господствующая в настоящее время идеология ведет мировую экономику к кризису. Но Мишель Барнье - это исключение среди высших чиновников ЕС. Да и таких людей, как российский министр иностранных дел, в руководстве РФ тоже немного. Например, главы финансовых ведомств России - Эльвира Набиуллина и Антон Силуанов - «убежденные псевдолибералы».

 

Беларуси предстоит сделать сложный выбор: на что ориентироваться? Теоретически правильнее было бы выбрать «настоящий либерализм», т.е. социальную рыночную экономику. Но на практике это может привести к возникновению проблем в отношениях со многими институтами ЕС и всего мира, руководство которых придерживается псевдолиберальных взглядов. Что в свою очередь может вызвать сокращение притока иностранных инвестиций в краткосрочной и среднесрочной перспективах. Никто же не знает, как долго еще продержится псевдолиберальная идеология. В СССР коммунисты правили около 70 лет, а нынешнему западному политическому вектору - всего-то лет 30. С другой стороны, в конце концов псевдолиберальная идеология наверняка отомрет, как и коммунистическая.

 

Имеется и другая проблема. В экономической науке и образовании также главенствует псевдолиберальная идеология, поэтому от нее так трудно отказаться. Хотя такие попытки предпринимаются и за рубежом, и в Беларуси (см. статью «Александр Лученок: «Не верьте западным учебникам!», Директор №2/2019).

 

Социальная рыночная экономика не имеет альтернативы

 

Выбор несколько облегчается тем, что идеи классического либерализма имеют вполне конкретное воплощение в социально-экономических воззрениях, широко распространенных до сих пор несмотря на псевдолиберализм. О них упомянул Мишель Барнье. Это - социальная рыночная экономика, позиции которой особенно сильны в Германии.

 

социальная 2

 

В качестве примера можно привести обсуждение проекта «Национальной индустриальной стратегии - 2030», которая была представлена 5 февраля текущего года министром экономики и энергетики Германии Петером Альтмайером. Эта стратегия предполагает государственную поддержку немецких «европейских чемпионов» - крупных предприятий, которые способны конкурировать с концернами из США и Китая. Министр отметил, что во многих европейских странах еще полным ходом идет процесс деиндустриализации, который он считает негативным. Петер Альтмайер полагает, что ЕС к 2030 г. необходимо добиться увеличения доли обрабатывающей промышленности в ВВП до 20%. А в Германии он ставит цель - поднять данный показатель с 23 до 25%.

 

При этом в своем выступлении Петер Альтмайер несколько раз сказал, что является убежденным сторонником социальной рыночной экономики и частной собственности, ссылаясь на отца послевоенного экономического чуда в ФРГ Людвига Эрхарда.

 

Разумеется, не все экономисты в Германии согласны с подобными идеями. Например, Фонд «Семейные предприятия» заказал исследование «Народнохозяйственное значение семейных предприятий», которое было представлено общественности в конце апреля текущего года Центром европейских экономических исследований (ZEW) в Мангейме и Институтом исследования малого и среднего бизнеса (IfM) при Мангеймском университете.

 

Ими были проанализированы данные о деятельности 500 ведущих семейных предприятий страны и 27 крупнейших акционерных обществ, входящих в главный немецкий биржевой индекс DAX, за 2007-2016 гг. Оказалось, что семейные предприятия по праву могут считаться фундаментом немецкой экономики. По некоторым параметрам они превосходят крупнейшие концерны и вполне конкурентоспособны на мировом рынке, несмотря на сравнительно небольшие размеры. Некоторые высокоспециализированные компании являются лидерами в определенных сферах экономики и их даже называют «скрытыми чемпионами». При этом семейные предприятия, в которых занято менее 10 человек, обеспечивают 58% всех рабочих мест в частном секторе экономики страны. Это небольшие магазины, кафе, пекарни, гостиницы и т.д.

 

За 10 лет после последнего экономического кризиса 500 крупнейших семейных предприятий Германии добились лучшего результата по сравнению с 27 крупнейшими акционерными обществами страны. В частности, если количество работников в крупных концернах выросло на 4% и достигло 1,55 млн человек, то на семейных предприятиях занятость увеличилась на 23% - до 2,54 млн. Кроме того, выручка семейных предприятий выросла на 36%, тогда как у концернов - на 29%.

 

Председатель фонда «Семейные предприятия» профессор Брун-Хаген Хеннеркес отметил, что «семейные предприятия становятся в трудные времена стабилизирующим якорем для немецкой экономики». Он подчеркнул, что они не требуют субсидий и привилегий, а от государства им нужно только обеспечение честной конкуренции на рынке.

 

Дискуссия в Германии показывает, в каком направлении будет двигаться Европа, да и весь мир. Страны с развитой экономикой отказываются от деиндустриализации, осуществленной во многом в соответствии с псевдолиберальными идеями, и стремятся поддерживать национальные экономики. Тот же процесс в настоящее время пытается осуществить в США Дональд Трамп. То есть мир движется к протекционизму и закрытости. И это, к счастью или сожалению, нормально.

 

Беларуси предстоит найти свое место в новом мире, учитывая новые тенденции. И это касается не только разработки стратегии, но и практических действий правительства страны в настоящее время.

 

Так, Президент Беларуси Александр Лукашенко распоряжением от 20 мая возложил на премьер-министра Сергея Румаса персональную ответственность за обеспечение экономического роста страны преимущественно за счет внешнего спроса. Руководитель правительства должен, в частности, обеспечить товарную и географическую диверсификацию поставок. Однако в эпоху протекционизма поддерживать экономический рост Беларуси за счет внешнего спроса вряд ли возможно. Поэтому для достижения успеха, вероятно, должна ставиться прямо противоположная задача - обеспечить развитие внутреннего рынка за счет семейных предприятий и мелкого бизнеса, которые и решат задачу диверсификации экспорта и роста его объема вместо Сергея Румаса. Впрочем, это, конечно, не исключает и деятельности правительства, направленной на поддержку экспорта. Но только приоритеты должны быть расставлены четко: вначале - национальный частный бизнес, а экспорт - это следствие его развития, а не цель сама по себе.

 

Таким образом, в самом начале разработки Национальной стратегии устойчивого развития Беларуси до 2035 г. следует определиться с принципами, на которых она должна быть построена. Они хорошо известны. Это - классический либерализм и социальная рыночная экономика, т.е. мелкий и средний частный бизнес как основа экономики, что, разумеется, не исключает государственную поддержку крупнейших предприятий. Все в национальной стратегии должно строиться с точки зрения данных принципов. Но, пожалуй, именно этого пока не хватает белорусской стратегии и процессу ее обсуждения.

 

Владимир ТАРАСОВ