Инновационная экономика основана на постоянном потоке новых идей, технологий, продукции. Такой ориентир взяли на вооружение передовые страны мира. О том, какое место в этом важном процессе занимает Беларусь, рассказал заведующий кафедрой инновационной экономики МИТСО Вячеслав ЯРОШЕВИЧ.

Вячеслав ЯРОШЕВИЧ- Вячеслав Иванович, можно ли назвать инновационной белорусскую экономику?

- Да, но она развивается очень медленно. На мой взгляд, слишком медленно. И не потому, что у нас мало гаджетов, плохие автомобили, а потому что слишком медленно создаем новые продукты, практически не разрабатываем новые технологии. Это потому, что все привыкли довольствоваться готовым, новые товары проще импортировать, чем производить здесь. Так дешевле и меньше рисков. Наш предпринимательский класс пока в основном занимается куплей-продажей, покупает импортные товары и продает на внутреннем рынке подороже. От этого мы только проигрываем в инновационном развитии.

Современная экономика постоянно меняется. Сейчас много говорят о новой индустриализации, но это процесс не одного дня. Как бы ни критиковали США, но инноваций у них наверняка больше, чем в любой другой отдельно взятой стране в мире. Потому что там работают предприниматели по духу, которые готовы вкладывать средства в инновации, даже рискуя оказаться в убытке. Именно в таких и верят инвесторы, поэтому их новшества часто «выстреливают».

Мы же многое потеряли, отечественный интеллектуальный потенциал «разошелся по базарам». Если в начале 1990-х гг. в сфере научных разработок работали 107 тыс. человек, то сейчас около 27 тыс., и их доля постоянно снижается, научные кадры стареют.

Настоящими инновациями в любой сфере могут заниматься только высокомотивированные специалисты, у которых что-то внутри горит. Значение имеет и поиск инвесторов, богатых людей, которых можно убедить в том, чтобы дали на новую идею денег. Именно такая схема и работает в США. Но из 100 идей, как правило, венчурные бизнесмены условно выбирают 10, а из них только один продукт может завоевать мир.

Хорошо, что у нас активно развиваются стартапы - все-таки молодежь подключена к мировой сети. Она видит, что происходит вокруг и часто хочет в этом участвовать, создавать новое своими руками, а не употреблять уже готовое. А потенциал у нас большой, но не хватает инфраструктуры реальной поддержки идей. К сожалению, их пока мало и еще меньше тех, кто готов поддерживать новаторские изыскания. Отечественных бизнес-ангелов, к сожалению, больше интересует производство сыра из козьего молока, а не развитие клубов робототехники. Поэтому у нас не хватает юных техников и современных конструкторов для развития инновационной экономики.

Технологический рай

- Сегодня много говорят о германской инициативе Industry 4.0. Насколько мировая и белорусская промышленность готова к новым реалиям, к управлению техпроцессами с помощью высоких технологий?

- Я не большой сторонник этого термина: за Industry 4.0 стоит немецкая мысль, в частности, Клаус Шваб (немецкий экономист, основатель и президент Всемирного экономического форума в Давосе). Так как сам я в свое время учился в Великобритании, то придерживаюсь классической истории развития индустриализации. Считаю, что англичане более правы, когда называют происходящее третьей промышленной революцией.

Они считают, что первая промышленная революция - внедрение пара, вторая - конвейера, а третья - отказ от него в пользу локального, но массового производства по узкой спецификации. Интернет вещей важен, но еще более важен сам процесс организации техпроцессов. До последнего времени здесь доминировала обработка деталей (шлифовка, сверление), но теперь все большее распространение получают так называемые аддитивные технологии (создание деталей послойно) или применение 3D-принтеров, как принято говорить упрощенно. Эти технологии влекут за собой полную реструктуризацию промышленных процессов.

Прежде процесс шел по заданной спецификации, теперь же конвейер не нужен. Современные установки стоят недорого, но требуются новые идеи и инженеры, способные их воплощать. Если посмотреть на рынок аддитивных технологий, то более чем наполовину (в США и Европе) - это инжиниринг.

Новые технологии - это в первую очередь инженерные решения. В Беларуси модернизация пока в основном идет через замену конвейерного оборудования, а следовало бы думать о новых решениях в организации производства с расчетом на десятилетия вперед, без оглядки на сиюминутные, часто узкогрупповые и конъюнктурные интересы. Аддитивные технологии активно внедряются в США, Европе и Японии. У нас тоже есть специалисты, которые этим занимаются, созданы специализированные лаборатории в Академии наук. Но проблема в том, что пока это зачастую носит теоретический характер, не хватает практики.

На Западе новыми технологиями занимаются компании, представляющие интересы производителей данного оборудования. О Беларуси в этом плане мало информации, но есть данные, что их используют на «Амкодоре» и «Планаре». Однако проблема в том, что мы не в состоянии массово предложить собственное оборудование. Хотя есть пример, когда минский гимназист разработал 3D-принтер, который на порядок дешевле импортных аналогов. Это рабочий образец, а он уже думает о создании еще более совершенного.

Технологический рай

Пока же наше участие в новой индустриализации не носит активного характера, поскольку акцент делается на сохранение традиционных производственных моделей, которые в период интернета теряют свою актуальность. Но здесь есть и положительные моменты: наша социальная база позволяет молодежи получать хорошее образование и на практике применять свои навыки. В будущем, может быть, именно благодаря им мы и сможем найти те самые новые ниши.

Беларусь - малая открытая экономика, что, с одной стороны, делает ее уязвимой к мировым вызовам глобализации, но с другой - дает преимущества в плане выращивания собственных талантов, которые можно «обкатывать» на сохраненных промышленных предприятиях, в институтах и лабораториях. Можно только надеяться, что они будут патриотами и захотят реализовать себя именно здесь.

Важно также иметь в виду, что несмотря на огромную популярность Кремниевой долины и компьютерных программ, или так называемого софта, определяющее значение имеет его грамотное сочетание как с «железом», так и с человеком, а точнее те конкретные социально-экономические эффекты, которые возникают в результате новых технологических решений.

- Получается, что с заводов почти исчезнут сотрудники, будут работать только 3D-принтеры и компьютеры?

- Скорее всего так и произойдет. В той же Кремниевой долине, в Швейцарии и Финляндии, например, уже сейчас многие считают, что людям надо обеспечить гарантированный социальный доход, если они не могут работать на конвейере. Тогда они смогут нормально жить, а трудиться будут роботы. В этой гонке выигрывают те, у кого есть прорывные идеи, передовые инженеры, творческие специалисты и программисты. Все, кто не желает тратить время на машинально повторяющиеся операции, мартышкин труд.

- А мы успеем за мировым прогрессом? Не будем плестись в хвосте?

- Скорее всего, Беларусь находится где-то в середине мирового прогресса. Мы пошли по сложному и медленному пути, сохраняя прежние достижения. Но шансы есть. Об этом говорят и некоторые исследования. Например, Индекс экономической сложности, или Гарвардский индекс. Исследователи измеряют экспорт государства с точки зрения его уникальности по сравнению с другими странами, его конкурентных преимуществ. И надо отметить, что Беларусь занимает хорошие позиции среди 180 стран.

На 1-м месте - Япония, на 2-м - США. У Беларуси - место в первой тридцатке, потому что она до сих пор способна экспортировать машины и оборудование, товары с высокой добавленной стоимостью.

- Что посоветуете руководителям предприятий, чтобы не отставать от промышленного и технологического прогресса?

- Привлекать молодежь и помогать реализовывать идеи, не мешать изобретать и внедрять что-то новое. К сожалению, количество поданных заявок на патентование изобретений год от года снижается (с 1933 - в 2010 г. до 691 - в 2015 г.): в 3 раза за 5 лет. Основные патенты по аддитивным технологиям сосредоточены в США и Западной Европе, а в Беларуси их единицы. Так же, впрочем, как и примеров их успешного коммерческого применения, особенно именно там, где они должны быть по определению, как, например, на заводе порошковой металлургии в Молодечно. Возможно, это связано с тем, что для отечественной промышленности главное по-прежнему - готовая продукция и ее сбыт, а не комплексное решение индивидуальных потребительских запросов, основанное на высокотехнологичном инжиниринге.

Марина НОСОВА