№6 (180) - Июнь

 

Тема номера: ЭНЕРГЕТИЧЕСКАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ

 
  • Колонка главного редактора: какие изменения произошли в энергетической безопасности?

  • Ветер дует - искры летят: некоторые проекты альтернативной энергетики окупаются уже через 2-3 года.

  • Киловатты прибыль берегут: как за счет энергии оптимизировать себестоимость?

  • "Дружба" крепнет проектами:  как ОАО "Нафтан" планирует доставить светлые нефтепродукты трубопроводным транспортом в столичный регион?

  • Радость со слезами на глазах: какие права получили и каких лишились индивидуальные предприниматели(ИП)?

  • Эксперты спешат на помощь: Белорусским предприятиям доступны не только немецкое оборудование и технологии, но и консультанты.

  • Дорога без начала и конца: Как дорожникам в условиях недофинансирования достичь хороших экономических показателей?


Уважаемые читатели!
В этом месяце мы стали свидетелями успешного подписания российско-китайского газового контракта, срок исполнения которого заканчивается через 30 лет. Некоторые аналитики усматривают в этом переход к руаню, если участникам не помешают определенные трудности с переформированием экономических моделей.
Так, для России важно освоение Восточной Сибири и, в частности, развитие ее экспортного потенциала, «создание рынка государственных ценных бумаг, сбережение которых должно быть выражено в рублях, а не в иностранной валюте,  и третий фактор - снижение валютных депозитов, т.е. фактическая диверсификация российского экспорта». Для  Китая - это рост оборота в юанях, хотя бы до среднеевропейского уровня.
Но это Россия, а что же делается у нас для энергетической безопасности?
Насколько хороша потенциальная ядерная безопасность, как мы договорились и с чем вошли в ЕАЭС, как будут распределяться экспортные пошлины?
Ответы на эти вопросы подлежат тщательному анализу и рассмотрению. Если говорить о строительстве АЭС, первый блок которой намечено ввести в  2017 г., то   пока дело обстоит сравнительно неплохо. Но по-прежнему не решены проблемы вывоза и хранения ядерных отходов, а также транспортировки электроэнергии. Между тем, это значимые вопросы, от которых не так легко отмахнуться. Они предопределяют эффективность станции, как основы будущей ядерной энергетики.
Что касается ЕАЭС, то мы сами инициировали подписание этого договора. Перед отъездом в Казахстан А.Г.Лукашенко собрал совещание, на котором задал вопрос о том, всех ли устраивает то, что записано в документе.
Ответы остались за кадром, но, видимо, не всех и не всё. Мы не вышли на свободную торговлю нефтью, как и не получили право оставлять нераспределенной экспортную таможенную пошлину в полном объеме. Эти сроки отодвинуты на 2025 г.
Почему этот союз для нас так важен и почему на него смотрят с надеждой, полагая, что кто приходит первым, тот приходит дважды.
В ЕАЭС документы готовились неспешно и можно полагать, что они выполнены качественно. Это гармонизация законодательства на межведомственном уровне.  И все же почему подписание договора так важно для нас? Почему мы так оптимистичны?
Все дело в выигрыше 1,5 млрд. долл., которые мы сможем оставлять уже с 1 января 2015 г. Иными словами, это то, что если бы мы продавали продукции на 150 млрд. Выйти на такой рубеж позволили двухсторонние договоренности по распределению экспортной пошлины, которая в полном объеме поступала в российский бюджет. Конечно, не бог весть что, но все же это валюта.

С уважением, А.Н.Ковтуненко.

{jcomments on} 

Алесь ГЕРАСИМЕНКО

При грамотном подходе некоторые проекты возобновляемой энергетики в Беларуси окупаются уже через 2-3 года. От чего зависит экономическая отдача, на что следует обратить внимание инвесторам и государству - об этом беседуем с управляющим инженерно-консалтинговой компании «Энэка» Григорием КУЗЬМИЧОМ.

- Григорий Владимирович, какие из направлений возобновляемой энергетики рентабельны и, соответственно, интересны инвесторам?

- Как показывает опыт реализации инвестиционных проектов в Беларуси, все основные направления рентабельны при условии качественного проведения расчетов и грамотной организации бизнеса. В стране достаточно открытых площадок для организации ветроэнергетики, солнца не меньше, чем в Германии, есть потенциал водотока малых рек, много твердых бытовых и  животноводческих отходов, пригодных для получения биогаза.

В основной массе проектов динамический срок окупаемости (т.е. с учетом меняющейся стоимости денег в экономике) составляет 8-10 лет. В ветряной энергетике при использовании более дешевых б/у ветряков этот период может быть сокращен до 3-4 лет, а простая окупаемость средств и вовсе составлять 2-3 года. В этой связи нас настораживает попытка некоторых структур пролоббировать запрет на использование в стране б/у ветрогенераторов, которых, к слову, в Беларуси работает около двадцати. По моему убеждению, бояться такого оборудования не стоит. Как правило, оно имеет моторесурс минимум на 10 лет работы. За это время инвестиции можно окупить с хорошей прибылью и на вырученные средства приобрести новый ветряк, установив его на действующую площадку с уже готовой инфраструктурой.

- Экономическая отдача - величина переменная. От чего она зависит в нетрадиционной и альтернативной энергетике? Дайте, пожалуйста, практические советы инвесторам по оптимизации затрат и максимизации выручки.

- Скорость окупаемости проектов в сфере возобновляемой энергетики прежде всего зависит от стоимости газа, на замещение которого они направлены. Чем дороже газ, тем быстрее окупаемость. Но на этот аспект инвесторы повлиять не могут. Зато в их силах детально и качественно проработать проект, в т.ч. с привлечением инженерно-консалтинговых компании вроде нашей. Принципиален выбор площадки. В ветроэнергетике эффективность напрямую зависит от открытости площадки, высоты над уровнем моря, наличия подъездных путей для доставки крупногабаритного оборудования, кроме того, важна удаленность от жилых построек. Для солнечных батарей желательны территории, не требующие расходов на выравнивание рельефа и очистку.

При производстве биогаза ключевое значение имеет близость крупных животноводческих ферм, стабильность поставок и состав навоза, возможность сбывать отработанный субстрат как удобрение. Во всех случаях важным фактором является возможность подключиться к электрическим сетям, для некоторых проектов - утилизация тепловой энергии.

Конечный экономический результат определяет целый набор составляющих, многие из которых следует отрабатывать уже на предпроектной стадии.
Что касается биогазовых установок, резерв в снижении капитальных затрат и ускорении окупаемости проектов видится в разработке отечественной технологии получения биогаза. Пока наши предприятия вынуждены закупать оборудование в Германии. С одной стороны, конечно, хорошо, что есть доступ к немецким ноу-хау, но с другой - они достаточно дорогие и их непросто окупить. У нас есть мечта разработать отечественную технологию на базе компании «Энэка» с привлечением белорусских ученых.

- Окупаемость инвестиций также зависит от тарифов на электроэнергию. Как оцениваете их уровень, установленный постановлением Минэкономики от 30.06.2011 г. № 100 для электроэнергии, выработанной из возобновляемых источников?

- Тарифы в целом хорошие, обоснованные. Наиболее высокий повышающий коэффициент определен для солнечных установок. Тем не менее, на мой взгляд, в нашей стране стоит развивать не промышленное производство солнечной энергии, а шире распространять малые солнечные коллекторы и нагреватели в отдаленных районах, куда нерентабельно доставлять электрическую и тепловую энергию.

Кроме того, считаю, что следовало бы повысить тариф для биогазовых установок, поскольку развитие данного направления имеет не только важное экономическое, но и экологическое значение. Мы уже делаем шестую установку по получению свалочного газа на полигонах ТБО, а вот производство биогаза из навоза развивается не так интенсивно, как хотелось бы: пока в этот процесс вовлечены только 2 частных инвестора и несколько государственных. Между тем именно биогаз я бы назвал наиболее перспективным для Беларуси направлением возобновляемой энергетики.

По нашим подсчетам, если бы в него вложили средства, которые сейчас направляются на строительство Белорусской АЭС, то на выходе мы бы получили энергию с меньшими удельными затратами, чем при использовании атома. К тому же ядерное топливо нам таки или иначе придется импортировать из России, как и утилизировать там ядерные отходы, т.е. свою энергетическую независимость этим проектом мы особо не укрепим, а вот биогаз всецело основывается на внутренних ресурсах и может ощутимо увеличить долю местных видов топлива в энергобалансе страны.

Возможно, нам следовало бы присмотреться к российскому законодательству, в котором заложен механизм гибкого определения тарифов для возобновляемой энергетики. Там инвестор сам считает, какой тариф ему нужен для приемлемого срока окупаемости проекта, а власти решают, устраивает ли их такая цена за энергию, и стоит ли иметь дело с таким инвестиционным проектом.

Кроме того, в России определены планы по локализации производства установок ВИЭ с постепенным увеличением доли российских комплектующих. Впрочем, стоит признать, даже такой прогрессивный подход пока не позволил России достичь чего-то значительного в развитии альтернативной энергетики. Вероятно, по причине пресловутого человеческого фактора и дешевых традиционных энергоресурсов.

- Насколько легко в Беларуси реализовать проект ВИЭ в плане разного рода процедур, согласований?

- Не скажу, что легко, но и не скажу, что сложно. Отношение к альтернативной энергетике среди чиновников в целом нормальное. Так что скорость реализации проекта зачастую больше зависит от расторопности инвестора. Например, шведская компания Vireo Energy пришла на белорусский рынок весной 2012 г. и уже к Новому году реализовала проект по производству электроэнергии из свалочного газа. На все - от проектирования до ввода установки в эксплуатацию - ушло 9 месяцев.

Пожалуй, одна из наиболее сложных и длительных процедур - отчуждение сельскохозяйственных земель, для чего необходимо получить разрешение Президента. Инвесторы, как известно ценят время, и перспектива длительных согласований их отпугивает, к тому же нет гарантий, что на запрос будет дан положительный ответ. Да, можно посоветовать по возможности избегать площадок на сельхозземлях, но в итоге потенциал некоторых наиболее перспективных территорий может оказаться заблокированным. Полагаю, пришло время законодательно упростить выделение земель для проектов ВИЭ, тем более, что, например, ветряк не требует большой площадки. Ее можно оборудовать посреди поля, которое при этом останется в сельскохозяйственном обороте.

Сложности возникли после того, как правительство объявило о планах квотировать производство энергии из возобновляемых источников. Поскольку до сих пор цифры по квотам не названы, неопределенность стала серьезным сдерживающим фактором. В частности, «на тормозе» оказались некоторые проекты солнечной энергетики, хотя они могли быть реализованы еще год назад.

В целом в нашей стране можно осуществлять гораздо больше проектов ВИЭ, чем сейчас. Все осознали проблему чрезмерной энергетической зависимости Беларуси от России. Ослабить ее можно двумя путями: перераспределить зависимость в пользу других стран-поставщиков энергии  либо развивать у себя альтернативную энергетику. Двигаться по второму пути достаточно дорого, но реально.

- От инвесторов доводилось слышать жалобы о том, что энергетики зачастую препятствуют реализации проектов ВИЭ, так как они не заинтересованы покупать «зеленую» электроэнергию по повышенным тарифам (бюджет не компенсирует им потери от таких закупок). Сталкивались ли вы с подобными проблемами?

- Я бы не сказал, что есть какое-то явное препятствие со стороны энергетиков. Они разумные и адекватные люди. Более того, некоторые структуры ПО «Белэнерго», например, РУП «Гродноэнерго» на своей базе реализуют проекты в сфере возобновляемой энергетики. Иной вопрос, что действительно нет эффективного механизма по компенсации расходов на закупку «зеленой» энергии.

Сейчас издержки компенсируются с применением так называемого затратного метода, когда по итогам года расходы энергетиков суммируются и на их основании устанавливаются тарифы на энергию на следующий год. То есть компенсацию они все-таки получают, но, во-первых, механизм этот непрозрачный, а во-вторых, средства частично «съедаются инфляцией», а также неплатежами потребителей, что делает «зеленые» киловатты не очень-то выгодными для энергетиков.

Законом от 27.12.2010 г. №204-3 «О возобновляемых источниках энергии» государство гарантировало инвесторам, что за свой счет обеспечит подключение установок ВИЭ к энергосетям. И эта норма прогрессивна. Но на практике мы сталкиваемся с ограниченными финансовыми возможностями предприятий системы «Белэнерго». Чтобы, например, модернизировать подстанцию, энергетикам в рамках действующего в регионе инвестиционного плана необходимо отказаться от какого-нибудь проекта и эти средства задействовать для подключения установки ВИЭ.

На данном этапе закономерно возникают сложности и сопротивление. Для их преодоления нужно разработать новый механизм бюджетного финансирования такого рода работ.

- Как вы оцениваете неудачную попытку немецкой компании Enertrag построить ветропарк в Дзержинском районе? Напомним, проект заблокировали военные, сославшись на то, что ветряки помешают радарам.

- Это случай произошел на заре развития ветроэнергетики в Беларуси. Тогда еще не были отработаны процедуры, и немцы поздно обратились с запросом в Минобороны. Сейчас любой инвестор это делает в первоочередном порядке. И такое положение вещей нормально: я сомневаюсь, что где-нибудь в Германии или любой другой европейской стране позволили построить ветропарк в ущерб обороноспособности.

С другой стороны, к моменту, когда военные заблокировали проект, Enertrag не так уж много успела сделать по нему и, соответственно, не понесла значительных убытков. Я это знаю, потому что наша компания также привлекалась к реализации проекта. Более того, некоторые его аспекты мне непонятны. Зачем, например, было планировать ветропарк в непосредственной близости от Минска, в зоне перспективного развития города? Замечу, инвестору в конечном итоге предложили другие, не менее интересные по своим характеристикам площадки, но он отказался от них. В целом вокруг проекта было больше шума, чем реальной работы.

- И все-таки то был крупный проект, предполагавший строительство не одного-двух ветряков, а целого ветропарка. Нечто подобное сейчас планируется?

- В основном заявляются небольшие проекты, и преимущественно белорусскими инвесторами. Активно в этом направлении работает ПО «Белоруснефть», планы о строительстве ветропарка озвучила компания «Трайпл». О возможностях инвестировать в ВИЭ периодически говорят различные иностранные компании. Так, мы недавно вели переговоры с одним состоятельным российским инвестором, но он пока опасается вкладывать деньги. В общем, чувствуется настороженность иностранцев, мешает не лучший имидж нашей страны. Многие думают, что у нас гораздо хуже, чем есть на самом деле. Беларуси надо работать над повышением своей привлекательности для инвестиций.

{jcomments on} 

Вячеслав ВОЛОТОВСКИЙ

Строительство нового нефтепродуктопровода «Новополоцк - Фаниполь» обещает существенно улучшить логистику доставки дизтоплива и бензина с ОАО «Нафтан» в столичный регион. О новом проекте читателям журнала рассказал директор ОАО «Полоцктранснефть Дружба» Василий ДРОБОТОВ.

Пожалуй, излишним было бы объяснять то, какую важную роль играют светлые нефтепродукты в энергообеспечении народно-хозяйственного комплекса страны. Критическое значение здесь имеют не только наличие топлива, его качество и цена, но и условия доставки - в части скорости, безопасности, а также стоимости. В последние годы основная нагрузка в этом деле ложилась на железнодорожный и автомобильный транспорт, теперь появилась перспектива подключить и трубопроводный.

Как ожидается, новый магистральный продуктопровод протяженностью 293 км соединит ОАО «Нафтан» с нефтебазами РУП «Производственное объединение «Белоруснефть» в г. Фаниполь Дзержинского района Минской области и в н.п. Крулевщизна в Докшицком районе Витебской области. Это позволит поставлять трубопроводным транспортом на два объекта совокупно до 1,45 млн. т нефтепродуктов в год. Архитектурным проектом на все работы, включая подготовительные, определено 48 месяцев. В то же время В.Дроботов нацелен на еще более оперативную реализацию проекта - за 2 года. На такие сроки директор ориентирует и потенциальных подрядчиков.

Хорошо забытое старое
А ведь в советские времена прокачка нефти и нефтепродуктов трубопроводным транспортом, что называется, была на пике моды. В 60-80-е гг. прошлого века на территории Беларуси построили целую сеть трубопроводов, предназначенных для обеспечения внутренних потребностей республики в энергоносителях, а также для их транзита в Восточную Европу. В частности, в конце 80-х началась прокладка нефтепродуктопровода «Полоцк - Минск», который должен был обеспечить топливом центральные регионы Беларуси, а затем - протянуться на запад в страны СЭВ. Правда, достроили его только до Фаниполя. С распадом СССР «труба» оказалась невостребованной. Из-за низких тарифов на транспортировку топлива железной дорогой заказчиков на трубопроводную прокачку не нашлось.

В связи с созданием Единого экономического пространства и унификаций железнодорожных тарифов России и Беларуси тариф трубопроводного транспорта стал более конкурентноспособным. Предвидя такое изменение конъюнктуры, в системе концерна «Белнефтехим» задумались о возрождении трубопроводного транспорта на республиканских маршрутах. Впервые с предложением рассмотреть возможность прокачки нефтепродуктов к руководству «Полоцктранснефть Дружба» обратился тогдашний заместитель гендиректора по обеспечению углеводородным сырьем ПО «Белоруснефть», а ныне генеральный директор «Нафтана» Владимир Третьяков. На «Дружбе» это предложение посчитали интересным и взялись за подготовку технико-экономического обоснования.

В мае 2013 г. расчеты ТЭО одобрили на заседании технического совета концерна «Белнефтехим» - так была дана путевка в жизнь проекту по прокачке светлых нефтепродуктов из Новополоцка в столичный регион. Правда, транспортировку решили осуществлять не по прежнему трубопроводу «Полоцк-Минск», а по новому, который будет проложен в техническом коридоре старого. На то есть сразу несколько причин. Длительное существование в режиме ожидания, а также незаконные врезки третьих лиц негативно сказались на техническом состоянии прежней трубы. К тому же, как показали расчеты, оптимальным является использование трубопровода диаметром 273 мм, тогда как у проложенного в советское время он составляет 426 мм. Только на уменьшении диаметра трубы и, соответственно, объемов закачки технологических нефтепродуктов можно сэкономить несколько миллионов долларов.

Горизонт окупаемости
По словам директора ОАО «Полоцктранснефть Дружба», тарифы на прокачку топлива по новому продуктопроводу будут ниже уровня тарифов на железной дороге. Более того, после возврата суммарных инвестиционных затрат их планируют снизить почти вдвое. Факторами конкурентоспособности также станет мгновенная скорость доставки: заказчик, приобретающий бензин или дизтопливо у ОАО «Нафтан», сможет оперативно забрать его на нефтебазах в Крулевщизне и Фаниполе. При этом транспортировка углеводородов по трубопроводу не будет сопряжена с такими экологическими и другими рисками, как если бы доставка осуществлялась наземным транспортом.

Вероятно, некоторых заказчиков заинтересует также транспортировка светлых нефтепродуктов российского производства: благо есть техническая возможность использовать магистральный нефтепродуктопровод «Унеча - Вентспилс».

Так что по совокупности факторов доставка бензина и дизтоплива трубопроводным транспортом из Новополоцка до Крулевщизны и Фаниполя должна быть востребованной среди широкого круга потребителей.

С целью снижения сроков окупаемости проекта поставлена задача максимально удешевить строительство. Помимо действующих технических коридоров продуктопроводов и вспомогательной инфраструктуры, планируется использовать мощности резервуарного парка нефтепроводов. Окупить инвестиционные расходы на новый трубопровод в ОАО «Полоцктранснефть Дружба» рассчитывают за 7 лет его эксплуатации.

Проблемы эволюционируют в задачи
Заметим, история развития «Дружбы» и, в частности, реализация проекта по строительству нового продуктопровода - пример того, как предприятия могут и должны приспосабливаться к меняющимся условиям хозяйствования. Были времена, когда новополоцкая компания без преувеличения гремела на всю страну. В 2001 г. она смогла достичь максимальных после развала СССР объемов перекачки нефти - 34 млн. т. В основном «черное золото» шло транзитом из России в страны Балтии, на терминалы Вентспилса, Бутинге, а также Мажейкяйский НПЗ (Литва). Обильная валютная выручка позволяла безбедно жить хозобществу, ощутимо наполнять государственную казну налоговыми и иными отчислениями.

Но «золотой век» транзита нефти через Полоцк закончился с созданием Россией собственной Балтийской  трубопроводной системы  в обход стран-транзитеров. Речь идет о проектах БТС-1 и БТС-2. В 2003 г. останавливается транзит нефти на Вентспилс, в июле 2006 г. - на Мажейкяй. После того как балтийское направление оказалось невостребованным, единственным потребителем нефти, прокачиваемой ОАО «Полоцктранснефть Дружба», остался ОАО «Нафтан».

Однако самым тяжелым выдался 2012 г., когда Россия начала отгрузку «черного золота» через БТС-2. В тот год почти 70% нефти на «Нафтан» было доставлено по наименее выгодному для нас маршруту. Изменение структуры маршрутов транспортировки нефти по независящим от хозбщества причинам привело к снижению фактической выручки по основному виду деятельности и дефициту средств, необходимых для выполнения плановых обязательств.

В условиях обвала выручки решено было двигаться по пути решительного сокращения издержек. Оптимизировали штат работников: сотрудникам, достигшим пенсионного возраста (таковых было более 30 человек), предложили выйти на заслуженный отдых, что и произошло по соглашению сторон со всеми выплатами согласно коллективному договору. В наиболее экономный режим привели графики техобслуживания и ремонта. Чтобы получить дополнительную выручку и более эффективно задействовать кадры, начали брать на себя функции подрядной организации, в частности, взялись за работы на объектах ОАО «Гомельтранснефть Дружба».

Кроме того, по возможности отказались от услуг сторонних подрядных организаций на собственных объектах, своими силами реконструировали переход нефтепровода «Сургут - Полоцк» через реку Западная Двина, систему пожарной сигнализации гостиничного комплекса «Дружба». Увеличить доходы помогла более активная сдача в аренду зданий, сооружений и возмездное размещение оборудования операторов мобильной связи на вышках линейной части трубопроводов.

Одновременно начались переговоры с ОАО «АК «Транснефть» с целью убедить заказчика в целесообразности перераспределения объемов прокачки нефти на «Нафтан» по более экономически выгодному маршруту «Унеча - Полоцк». Взаимопонимание удалось найти - и в 2013 г. на долю этого маршрутаа пришлось 70% транспортировки, что в свою очередь способствовало увеличению выручки. В этом году «Унеча - Полоцк» также остается основным маршрутом доставки «черного золота», что вкупе с комплексом мероприятий по минимизации затрат позволило предприятию укрепить устойчивый финансово-экономический результат. Более того, по итогам 9 месяцев 2013 г. ОАО «Полоцктранснефть Дружба» оценивается аналитиками как одно из наиболее эффективных хозобществ Беларуси.

«Проблемы являются таковыми только на первоначальном этапе, после осмысления они превращаются в задачи», - делится управленческой философией В.Дроботов. При этом целью, по его убеждению, должна быть эффективная работа предприятия, а не выполнение отдельно взятых показателей. Зато когда будет достигнута эффективность, то и показатели окажутся на высоте.

Сейчас хозобщество нацелено на то, чтобы закрепиться на устойчивой траектории развития. Строительство продуктопровода «Новополоцк - Фаниполь» является частью этой задачи, так как введение его в эксплуатацию позволит примерно удвоить выручку предприятия. Продолжается расшивка «узких мест» на уже действующих объектах. Например, замена двух электродвигателей на промежуточной нефтеперекачивающей станции «Горки» нефтепровода «Унеча-Полоцк» при минимальных инвестиционных затратах (около 350 млн. руб.) позволит увеличить объемы перекачки по наиболее экономически выгодному маршруту.

В ОАО «Полоцктранснефть Дружба» полагают, что пришло время для более смелых решений в части реконструкции имеющихся мощностей трубопроводного транспорта, ведь сейчас они загружены лишь на 17%. После ввода в эксплуатацию балтийских трубопроводных систем Россией практически не осталось надежд на возобновление транзита нефти в страны Балтии по белорусским трубопроводам. Так появляются новые задачи, эволюционирующие из проблем.

Справка «Директора»
ОАО «Полоцктранснефть Дружба» специализируется на доставке трубопроводным транспортом российской нефти из Западно-Сибирского региона, Татарии и Поволжья на ОАО «Нафтан».
История предприятия восходит к 1967 г., когда приказом  Львовского управления магистральных нефтепроводов  «Дружба»  от 13.10.67 г. № 363 было создано Полоцкое управление нефтепровода «Дружба».  В 1991 г. на его базе образовано Новополоцкое предприятие по транспорту нефти «Дружба» (НПТН «Дружба»). В декабре 2010 г. произошла реорганизация в ОАО.
В настоящий момент хозобщество владеет нефтетрубопроводами:
«Унеча-Полоцк 1» - 380 км,
«Унеча-Полоцк 2» - 380 км,
«Сургут - Полоцк» - 83 км,
«Полоцк-Вентспилс» - 112,5 км,
«Полоцк-Биржай-Мажейкяй» - 112,5 км.
Кроме того, на балансе предприятия - ряд инфраструктурных объектов, а также гостиничный комплекс «Дружба».

ОАО «Полоцктранснефть Дружба»
211440, г.Новополоцк, ул. Кирова, 1
Тел.: (214) 51 22 46
Тел./факс: (214) 51 23 90
www.druzhba.by

{jcomments on} 

Анастасия ПОГОРСКАЯ

Несмотря на относительно небольшой удельный вес энергозатрат в структуре издержек промышленных предприятий (в среднем 5-10%), внедрение энергоэффективных технологий становится приоритетным в оптимизации себестоимости. Вкупе с производственными и сбытовыми задачами энергосбережение - ключевая составляющая стабильной модели развития компании. Об этом, в частности, свидетельствует опыт ОАО «Лидский молочно-консервный комбинат», о котором рассказал его генеральный директор Андрей ЭЙСЫМОНТ.

- В поиске резервов для экономии ресурсов отдаем себе отчет, что затраты на сырье снизить практически невозможно. Составляющая сырья в себестоимости в зависимости от вида продукции может быть от 70 до 80 %. Все остальное - это зарплата, налоги, общие и транспортные расходы и энергетика. По зарплате в принципе ничего поменять невозможно, не нужно и, более того, категорически нельзя. По этому вопросу ранее я высказал свои суждения на страницах вашего журнала. Считаю, что люди должны получать достойную зарплату за свой труд, она, наоборот, должна расти. Можно уменьшить издержки на транспорт, но это будет мизерная экономия.

Среди производственных издержек мы прежде всего обращаем внимание на энергозатраты. Их удельный вес в себестоимости продукции акционерного общества составляет 6,2 %. Это не так много, но и не мало. И в маленьких затратах может скрываться большая экономия. В этом мы убедились несколько лет назад, усовершенствовав подачу тепла на сушилки. Сначала установили газовый теплогенератор на одну сушилку. Изменив таким образом способ приготовления горячего воздуха, получили экономию теплоресурсов. Поэтому аналогичную модернизацию осуществили на второй сушилке. Оптимизировав свои затраты на производстве, подсчитав расходы газа и тепла, увидели, что и в котельной можем усовершенствовать подачу топлива. Запущенный в апреле текущего года в эксплуатацию новый котел с регулируемой производительностью, несомненно, даст эффект экономии энергоресурсов.

Я уже не говорю о таких повседневных мероприятиях, как замена светильников, окон, утепление фасадов, тепловая реабилитация при ремонтах помещений - все они также направлены на энергосбережение.

Оценивая выполнение целевого показателя по энергосбережению, скажу, что в этом году энергоемкость продукции на 1 т переработанного сырья составляет 98% по сравнению с показателем предыдущего года. Так, за январь-апрель темпы расхода электроэнергии к аналогичному периоду 2012 г. составили 98,9 %, газа - 85%, при том, что темп заготовки сырья достиг 102%. Коллектив объединения целенаправленно работает для достижения такого соотношения.

- Андрей Адамович, видите ли в задачах энергоэффективности место для чего-то неординарного?

- Порой мы даже не представляем себе масштаб резервов оптимизации издержек, потому что в какой-то определенный момент обращаем внимание лишь на один аспект, а их множество. Причем есть резервы, которые не требуют затрат. Нужно лишь изменить взаимоотношения с поставщиками сырья и покупателями готовой продукции.

Предположим, идет ритмичная реализации продукции, при которой нам не требуются склады. А они ведь достаточно энергоемкие. Еще 10 лет назад это были просто помещения, где хранились сухие молочные продукты. Зимой они подогревались, чтобы продукция не замерзала, летом же их никто не охлаждал. Сегодня склады для хранения сухого молока оснащены климатическим оборудованием, требующим определенных энергозатрат. Конечно, стоит признать, создание улучшенных условий хранения продукции повышает ее качество. Это позволяет нам выиграть в цене на товар и окупить энергозатраты. Но я уверен, что, немного перестроив взаимоотношения с партнерами, можно  значительно сократить складские запасы и, соответственно, уменьшить энергозатраты. Видим, что у нас, молочников, взаимодействия со всеми партнерами все больше строятся на принципе паритета.

- А как, к слову, складываются отношения с поставщиками сырья?

- Мы не можем навязывать производителям молочного сырья какие-то технологии. Но финансово помогаем в комплектовании, приобретении и освоении передовых технологий и оборудования. Анализируем ситуацию с сырьем, даем определенные рекомендации, проводим дополнительные исследования молока, приглашаем ученых для проведения семинаров с лаборантами, заведующими молочно-товарными комплексами, животноводами.
Благодаря нашей помощи, а также целенаправленной работе сельхозпроизводителей, с каждым годом удельный вес молока «экстра» и высшего сорта увеличивается, а первого сорта - уменьшается. Безусловно, за высококачественное молоко платим больше, но при этом сокращаем затраты на доработку сырья, а также достигаем большего полезного выхода продуктов.
Пока, к сожалению, темпы поступления сырья отстают от прогнозных. Мощности комбината в свою очередь позволяют переработать более 1 тыс. т молока в сутки.

- Стало ли подспорьем укрупнение комбината за счет присоединения ряда производственных площадок?

- В формате трех площадок - головная в Лиде, «Сморгонские молочные продукты» и «Ошмянский сыродельный завод» - мы работаем с конца 2011 г. Каждому предприятию в отдельности трудно было бы сохранять многопрофильность. После объединения у нас получилась хорошо структурированная компания, причем с готовыми производственными площадками, которая способна  производить практически все виды молочной продукции.

Благодаря этому стали более маневренными. Это, конечно, не означает, что все молоко мы можем перебросить на производство сухих продуктов или сыров, также мы понимаем, что невозможно удвоить перерабатывающие мощности. Наша цель - сохранять позиции на рынке. Сегодня это очень сложно. Все усилия комбината направлены на стабильное, ежедневное, предсказуемое и контролируемое, в том числе покупателями, качество продукции.
Участвуем в конкурсах, выставках, чтобы в очередной раз заявить о себе, более четко позиционироваться в молочной нише. Это тоже достаточно важно.

- С получением Премии правительства в области качества почувствовали ли вы себя на высоте в отрасли, и что значит лидерство для вас?

- Когда мы осознали, что достигли такого уровня, который соответствует Премии правительства, тогда и подали заявку. При этом не совершали ничего специального для получения этого признания, а просто работали. Так получилось и с остальными наградами и званиями. Мы трудимся, а наши результаты оценивают. Безусловно, стремимся к лидерству. По производству сухих молочных продуктов находимся в тройке лидеров рынка как в объемном, так и в качественном выражении. Достаточно сказать, что поставщиками сухого молока в Венесуэлу являются только 3 предприятия Беларуси, в том числе и наш комбинат.

Традиционно производим только сухое цельное молоко. По предложению Института мясомолочной промышленности комбинат стал базовым предприятием для испытаний разработок ученых. Это хлопотно, но это дает нам право первыми получать и внедрять новые продукты или технологии, а в результате - занять лидирующее место и почувствовать себя увереннее.

ОАО «Лидский молочно-консервный комбинат»
231300, Гродненская обл., г. Лида, ул. Энгельса, 116
Тел./факс: +375 154 52-33-56
Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
www.moloko.lida.by

{jcomments on} 

Наталья КОРЖ

Указ от 16.05.2014 г. №222 наконец вернул индивидуальным предпринимателям право привлекать наемных работников, правда, одновременно озадачил новыми требованиями к документам на реализуемые товары. Последнее обстоятельство уже стало причиной ряда забастовок ИП в различных городах Беларуси. Организаторы страйков заявляют, что новые правила для них неприемлемы и предрекают чуть ли не закрытие многих рынков и торговых центров. Чего же больше в нововведении: преимуществ или недостатков? Мы решили поинтересоваться мнением председателя Белорусского союза предпринимателей Александра КАЛИНИНА.

- Данный документ - результат деятельности рабочей группы, созданной по поручению Президента, в которую входил и я. Нам пришлось решать сложную и довольно конфликтную проблему. Надо было каким-то способом сгладить переход с достаточно либерального режима работы индивидуальных предпринимателей без документов с уплатой фиксированного НДС на новые условия.

В указе затрагиваются два вопроса: налоговый режим и качество товаров. Налоговый режим для ИП, действовавший с 2005 г., не мог существовать вечно, он вводился как временный. К сожалению, фиксированным НДС кое-кто из ИП злоупотреблял, и на территорию Беларуси ввозились контрабандные и контрафактные товары, которые потом легализовались на рынках и в торговых центрах. От этого страдали и потребители, и государство. На это указывали наши партнеры по

Таможенному союзу на уровне руководства правительств. Кроме того, смены налогового режима для ИП для выравнивания условий работы требовали белорусские юридические лица. Перед нами стояла сложная задача: как все увязать, не допустив социальных последствий? Ведь в начале текущего года этим режимом пользовалось 60,5 тыс. индивидуальных предпринимателей.

- Александр Федотович, на какие компромиссы пошли власти с бизнес-сообществом?

- Основным стало принятие решения о довольно длительном адаптационном периоде. До 1 марта 2015 г. ИП имеют право реализовывать зарегистрированные остатки товаров без сопроводительных документов. Дана возможность спокойно найти новых поставщиков, которые будут предоставлять легальные документы.

- Многие предприниматели выдвинули аргумент против Указа, мол, им в России не дают документы. Сложно ли их получать?

- В развитие Указа №222 МНС разработало инструкцию, которая содержит упрощенные требования к документам. Согласно российским и белорусским правилам, при заключении сделки купли-продажи необходим либо чек кассового аппарата, либо квитанция о приеме денег. Если в этом вам отказывают, вы имеете дело с нелегальным поставщиком. Многие же просто данные документы не требовали. Теперь кроме чека ИП необходимо иметь и товарную накладную. При этом жестких требований к ней МНС не будет предъявлять. Такие накладные получить несложно. Это немного хлопотно, возникает документооборот, но справиться с ним предприимчивому человеку не составляет большого труда.

- А что касается сертификации товаров легкой промышленности на соответствие техрегламентам ТС?

- Мы сейчас ведем по данному вопросу переписку с госорганами, ждем появления комментариев. На рабочей группе поднимался вопрос о реализации остатков товаров до 1 марта 2015 г. на условиях, действующих до вступления в силу техрегламента с 1 июля текущего года. То есть товары могут реализовываться без сертификатов и об это должны предупреждаться покупатели. В России также есть огромные остатки товаров без  сертификатов. В Беларуси с 1 июля возникнет ответственность при отсутствии документов о качестве. Если же ИП получил от поставщика сомнительный документ, он не может нести за это ответственность в виде конфискации товаров, это следует из нормы техрегламента. Впрочем, пока не составлена инструкция для четкого понимания, как подтверждать подлинность сертификата в России.

- Не увеличится ли налоговая нагрузка при переходе ИП с режима фиксированного НДС на упрощенную систему налогообложения?

- Наши расчеты показывают, что налоговая нагрузка снизится на 15-25%. Государство тоже ничего не теряет за счет легализации оборота. Здесь соблюдается баланс интересов. Единственное, у ИП возникает необходимость вести учет. Но упрощенная налоговая система адаптирована таким образом, что это можно делать самостоятельно, без привлечения специалиста.

- Стало ли разрешение ИП нанимать сторонних лиц компенсирующим фактором новых условий торговли?

- Несомненно. Прежние ограничения найма ставили наших ИП в неравные условия по сравнению с коллегами в странах ТС. Так, в России ИП имеет право нанимать до 15 работников. Для Беларуси разрешение нанимать до трех человек - это однозначно либеральная мера, стимулирующая развитие предпринимательства не только в торговле, но и в сфере услуг и производства. Последние две сферы требует определенной квалификации работников, в том числе инженерной. Среди родственников таких специалистов было сложно найти. Теперь мы прогнозируем более широкое развитие сервисных центров, ремонтных мастерских, объектов общественного питания, мини-кафе, парикмахерских.

- Рынки и торговые центры не опустеют?

- Думаю, что нет. Определенное количество предпринимателей, через которых шла контрабанда, возможно, закроется. По данным МНС, за январь-апрель количество ИП, работающих по фиксированным ставкам налога, сократилось на четверть. Люди нашли новые схемы поставок и перешли на упрощенную систему налогообложения. В целом количество торгующих на рынках и в ТЦ не уменьшилось. Однако определенное сокращение может быть, и оно связано с тем, что ранее практически все продавцы товаров регистрировались как ИП. Теперь многим проще стать наемными работниками, чем бегать с отчетами в налоговую инспекцию. На количество торговых мест большее влияние оказывает развитие крупных торговых сетей. По предложению бизнес-сообщества принято решение, что их доля в регионах не должна будет превышать 20%. Это позволит развиваться там мелким торговым предприятиям.

- Жизнеспособна ли идея создания торговых баз, которые будут централизованно импортировать товары со всеми документами и потом мелким оптом продавать их ИП?

- На февральском совещании у Президента Минторгу было дано поручение организовать ввоз импортных товаров через свои базы. Процесс пошел. Мы на Червенском рынке в Минске создали секции пяти баз, на которых можно ознакомиться с образцами товаров и заказать их мелким оптом. Цены достаточно конкурентные, поскольку торговая надбавка пока не превышает 5%. Указ №222 создает предпосылки для создания собственных мелкооптовых звеньев. Есть уже частные структуры, которые вкладывают средства в развитие такой сети. Думаю, предприниматели начнут создавать мелкооптовые структуры, поскольку есть экономический интерес. Привозить партии с документами и реализовывать их здесь мелким оптом достаточно выгодно.

- Увидим ли мы в ближайшее время обратный переход ЧУПов в ИП? В каких отраслях?

- Такой процесс возможен в сфере торговли, поскольку для ИП создается понятный и привлекательный режим работы, тогда как ЧУПы не могут закупать товар за наличный расчет по упрощенный схеме.

С учетом всего вышесказанного Указ №222 необходимо рассматривать как прогрессивный. Он дает возможность ИП укрупнять бизнес путем найма работников, стимулирует развитие не только торговли, но и сферы услуг и мелкого производства. Те, кто реально хочет торговать легально, разобрались в документе и просто начали адаптироваться к новым условиям. Негатив идет от тех, через кого проходил поток контрабанды и контрафакта. Для всех других Указ либерален и выравнивает условия деятельности.

{jcomments on}