Андрей Вашкевич

Андрей ВАШКЕВИЧ, руководитель судебной практики ООО "Степановский, Папакуль и партнеры"

Сегодня редкому предприятию удается избежать судебных споров, а значит, для наших читателей актуален анализ качества системы хозяйственного правосудия, равно как и законности принимаемых ею решений. Оценку им редакция попросила дать руководителя судебной практики ООО «Степановский, Папакуль и партнеры» Андрея ВАШКЕВИЧА.


   - Андрей Станиславович, как утверждает статистика, отменяется не более нескольких процентов решений хозяйственных судов. Получается, что качество работы белорусских судей выше всяких похвал. Но сами участники процессов дают им обычно гораздо более сдержанные оценки, причем даже в тех случаях, когда требования стороны были удовлетворены. Где, на ваш взгляд, истина?
   - Рискую показаться банальным, но истина как всегда - посередине. Качество решений в ряде случаев вызывает справедливые нарекания. Тем не менее большинство конфликтов хозяйственными судами разрешается удовлетворительно.
Можно говорить и о доступности системы хозяйственного правосудия. В частности, сроки рассмотрения дел в Беларуси едва ли не самые короткие на постсоветском пространстве. Как правило, в первой инстанции это от 1 до 4 месяцев в зависимости от категории дела и его сложности.
В разумных пределах находятся судебные издержки, хотя здесь необходимо учитывать некоторые нюансы. У нас используется прогрессивная система исчисления государственной пошлины по имущественным требованиям без максимального предела, что может быть обременительно, если предметом спора является крупная денежная сумма. А стоимость экспертизы может превысить сумму иска. На практике мы пришли к выводу, что для сумм в пределах 50 млн. руб. экономически эффективным является использование переговоров, претензий, приказного порядка и примирения.
   - А что мешает судам принимать только качественные решения?
   - Прежде всего, судебный брак обусловлен, конечно, пробелами и противоречиями в законодательстве. Но есть и другие причины.
Высокой остается и нагрузка на судей. Она несколько снизилась после того как в прошлом году были внесены изменения в Хозяйственный процессуальный кодекс. Большое количество споров сейчас передается в приказное производство, применяется и примирительная процедура. Однако проблема все еще актуальна. У судей остались самые сложные, а следовательно, трудоемкие дела, и количество их растет. Так что времени для глубокого изучения материалов, анализа законодательства, не говоря уже о самообразовании, судьям по-прежнему остро не хватает. Значительно возросла в последнее время и нагрузка на специалистов судов, ведь им теперь приходится выполнять и обязанности посредников.
И самое главное - не улучшается ситуация с исполнением решений. Только половина их «закрывается» полностью, 25% - частично, по остальным же выигравшая сторона не получает ничего.
   - Для субъектов хозяйствования исключительно важна предсказуемость результата судебного разбирательства. Насколько возможно прогнозирование в этой сфере?
   - В целом решения хозяйственных судов достаточно предсказуемы. По моим наблюдениям, юрист, обладающий практическим опытом, может сделать прогноз с точностью, близкой к 80%.
Вероятность прогноза повышается, если затрагиваемые правоотношения четко урегулированы законодательством, в судебной практике выработан единообразный подход к подобного рода спорам, имеется заключение эксперта либо государственного органа по спорному вопросу. Добавлю, что апелляционная инстанция, как правило, оставляет решение суда первой инстанции в силе.
Соответственно непредсказуемость решений связана, главным образом, с наличием коллизий либо пробелами законодательства, регулирующего спорные правоотношения, а также новизной поднимаемых вопросов.
   - Какова, на ваш взгляд, вероятность выигрыша спора, стороной которого выступает государственный орган?
   - Прецеденты выигрыша спора коммерческими организациями имеют место, более того, в последние годы наблюдается тенденция к увеличению числа положительных для субъектов хозяйствования решений.
Решения, вытекающие из договорных и иных гражданских правоотношений с участием представителей власти, менее предсказуемы, чем решения, связанные с осуществлением государственным органом своих управленческих полномочий. Договорные споры, по общему правилу, не отличаются какой-либо спецификой.
Важно отметить и следующий момент. Государственные органы могут выступать не только стороной по делу, но и участвовать в нем в иных формах, таких как, например, дача заключения, проведение экспертизы, подача своих комментариев по рассматриваемым вопросам. Как правило, суды учитывают позицию данных органов.
   - Вернемся к теме качества белорусских законов. В чем их основные недостатки?
   - В первую очередь, это отсутствие норм, регулирующих некоторые спорные отношения, внутренние противоречие правовых актов, равно как и коллизии между ними.
    Так, по одному из дел предприятие обратилось в хозяйственный суд с иском, в котором просило на время рассмотрения дела приостановить решение Министерства экономики об аннулировании лицензии. Хозяйственный процессуальный кодекс косвенно допускает такую возможность, однако материальный закон императивно запрещает деятельность без лицензии. Таким образом, нарушается право заявителя на надлежащую судебную защиту.
    Стоит назвать также несоблюдение баланса интересов сторон, большое количество оценочных норм и норм, не в полной мере отвечающих интересам гражданского оборота.
    Например, в соответствии со ст.392 Гражданского кодекса, если в период от заключения до прекращения действия договора принят акт законодательства, устанавливающий для сторон иные, нежели те, которые действовали при заключении договора правила, то условия договора должны быть приведены в соответствие с новыми нормами законодательством. Таким образом, к примеру, у инвесторов появляются серьезные дополнительные риски, поскольку легально могут быть отменены любые гарантии, предоставленные под реализацию инвестиционного проекта.
   Еще пример досадного пробела в законодательстве. На протяжении уже многих лет ведутся разговоры о недостаточной урегулированности такого института, как лизинг. В частности, лизингополучатель, выплативший 99% платежей, при долге в 1% может лишиться арендованного имущества. То есть у него не останется ни денег, ни оборудования. С другой стороны, нуждаются в дополнительной защите и права банка, у которого залогодатель берет кредит под покупку объекта лизинга для последующей передачи лизингополучателю.
   Особая тема - наличие в законодательстве оценочных норм. Так, в силу ст.314 ГК, если неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе ее уменьшить. Хозяйственные суды выработали свои критерии оценки несоразмерности: это могут быть чрезвычайно высокий процент, установленный в договоре, значительное превышение суммы неустойки над суммой возможных убытков (в том числе превышение суммы неустойки над суммой невозвращенного долга), непродолжительный срок исполнения обязательства и др. Несмотря на верный общий подход, что неустойка носит обеспечительный характер и не должна вести к обогащению другой стороны, эти критерии также не имеют абсолютного характера и оцениваются в каждом конкретном случае.

 

 

   - Около года назад в Гражданский и Хозяйственный процессуальный кодексы внесены существенные изменения, которые, по идее, должны были способствовать повышению качества отправления правосудия. Что в итоге получилось на практике: действительно лучше или «как всегда»?
   - Одно из существенных новшеств состоит в том, что теперь до обращения в суд необходимо направить другой стороне претензию. Тем самым предполагалось снизить нагрузку на судей. На практике же получилось дополнительное ограничение для обращения в суд. С другой стороны, у лиц, участвующих в деле, появляется дополнительная возможность урегулировать спор, не прибегая к судебной процедуре, что экономит и время, и деньги.
   Еще одна новелла ХПК - закрепление права суда на обязательное назначение примирительной процедуры, а также универсальность ее применения независимо от стадии процесса. И опять мы имеем двойственный результат: стимул к альтернативному разрешению споров, возможность экономии денежных средств, но и увеличение сроков рассмотрения дел.
   В заключение хотелось бы отметить, что недостатки присущи судебным системам всех постсоветских стран, в Беларуси же тенденция работы по их постепенному исправлению ведется, пожалуй, наиболее системно. Так что есть все основания надеяться, что создание современной, высокопрофессиональной, действительно цивилизованной системы хозяйственных судов - дело времени.