№2 (152) - Февраль

 

Тема номера: РАЗВИТИЕ НАУКОЕМКИХ ПРОИЗВОДСТВ


  • Инженерный "спецназ" завоевывает рынок. Почему только единичные белорусские инновационные предприятия могут проникнуть на мировой рынок?

  • Инновации или декларации. Слухи о переводе белорусской экономики на инновационный путь развития сильно преувеличены.

  • Научно-производственный тандем. В некоторых случаях долговременные госпрограммы снижают рыночную ценность научных исследований.

  • Госзакупки открытого доступа. В Беларуси меняется процедура государственных закупок.

  • Как научиться говорить начальнику "нет". Чтобы правильно принимать решения, директору порою не хватает не прав, а характера.

  • Весне - дорогу: лучшие пальто нового сезона. Стильные и модные пальто весны-2012 отличаются женственностью, романтичностью и необычностью.

 А.Н.Ковтуненко, главный редактор журнала

Уважаемые читатели!


Выход из мирового финансово-экономического кризиса, в основе которого лежит несоответствие результатов производства уровню потребления, невозможен без перехода экономики к более высокому технологическому укладу. При сохраняющихся запросах к качеству жизни только резкое повышение производительности труда позволит преодолеть стагнацию, или бег на месте. Наибольшие затруднения при этом испытывают высокоразвитые экономики, достигшие, исходя из имеющихся в настоящее время научных и технических решений, предела технологического развития и создавшие сверхвысокий уровень потребления.


Развивающиеся государства, или, как их сейчас предлагается называть, растущие экономики: Бразилия, Россия, Индия, Китай, Южная Африка имеют больший потенциал развития. Избыточные ресурсы и в первую очередь дешевая рабочая сила позволяют при импортировании технологии высокоразвитых стран демонстрировать темпы роста ВВП, достигающие 10 и более процентов. Это будет происходить до тех пор, пока их технологический уклад не приблизится к уровню высокоразвитых экономик и спрос не сможет удовлетворяться за счет роста производительности труда. Только инновационный путь, основанный на научных открытиях и совершенствовании технологии, предопределяющий опережение потребления динамикой производительности труда, способен обеспечивать рост экономики.


Понимание этой парадигмы вынуждает государства направлять на НИОКР три и более процентов ВВП, стимулировать технологическое развитие, сдерживать рост потребления, обеспечивая в итоге конкурентоспособность национальной экономики.


Как выглядит на этом фоне Беларусь? В СССР основной научный потенциал сосредоточивался в Москве и еще нескольких городах России. В республике выполнялись лишь отдельные составляющие всесоюзных научно-исследовательских работ. При этом ученые, обладавшие наибольшим творческим потенциалом, как правило, приглашались на работу в Москву. Этому активно способствовал отраслевой принцип управления, ибо руководство отраслей располагалось в столице. Что могло измениться за 20-летний период независимого государственного строительства? Упразднение союзных отраслей и разрушение единой научно-технической политики, наработанных связей, конверсия, утрата финансирования в прежнем объеме вели к потере имевшегося потенциала. Лучшие из сферы науки уходили, остающиеся вынуждены были переключаться на прикладные работы, способные их прокормить. Этот процесс характерен для всех республик, включая Россию.
И сегодня финансирование продолжается по остаточному принципу, что без должной концентрации ресурсов не может обеспечить сколько-нибудь значимых результатов. Низкое материальное вознаграждение сделало труд ученого малопрестижным. Идет старение кадров, страдает не только качество исследований, но и уровень подготовки молодых специалистов.


Между тем в республике продолжают ставиться амбициозные задачи. Так, за пятилетку (до 2015 г.) планируется экспорт инновационной продукции увеличить в 2,5 раза - до 7,9 млрд.долл., или до 19,6% к объему экспорта товаров в 2011 г. При этом финансирование Государственной инновационной программы сокращено с 94 до 77,5 трлн.руб. Первоначально намечалось уменьшить до 58 трлн.руб., но с учетом инфляции за год в 2,08 раза сумму увеличили на 34%. На эти средства запланирована реализация 223 проектов по созданию новых предприятий и производств. То есть в среднем на проект предполагается направить 41,4 млн.долл. Руководство ГКНТ отмечает, что средства «сконцентрированы» на нанотехнологиях, информационных, авиационно-космических, биологических и фармацевтике. Еще большее удивление вызывают источники финансирования Госпрограммы. На 66% - это иностранные инвестиции, 19,5 - кредиты банков и заемные средства и 10,4% - собственные средства организаций. Из республиканского бюджета будет направлено только 3,4%.


Что касается прямых иностранных инвестиций, то если исключить задолженность по оплате товаров и услуг, в 2011 г. республика получила только 1,2 млрд.долл., из которых на промышленность и связь приходится 8,3%. Для финансирования же Государственной инновационной программы предстоит привлечь 7,2 млрд.долл. Не более реально и получение 1,2 млрд.долл. в виде кредитов при ставке рефинансирования 43%. Если даже предположить, что она будет снижаться, то с учетом того, что на предприятиях в итоге инфляции 2011 г. крайне недостаточно оборотных средств, оплачивать кредиты чрезвычайно затруднительно, как и тратить собственные средства на инновационные проекты. А за счет предприятий намечено привлечь в программу почти 1 млрд.долл.


Выходом в этой ситуации представляется дальнейшая концентрация научных исследований на наиболее перспективных направлениях, максимальное слияние академических институтов с учебными заведениями, а также дальнейшее объединение научных исследований и производства с российскими ТНК.


Конечно, с точки зрения инновационного развития, Россия - не лучший партнер. В Отчете по глобальной конкурентоспособности за 2009-2010 гг., опубликованном Всемирным экономическим форумом в Давосе, по индексу конкурентоспособности на основе инновационного фактора Российская Федерация находится на 73-м месте из 133 стран. Другие наиболее вероятные партнеры, такие как Китай - на 29-м месте, Казахстан - на 78-м, Украина - на 80-м. Беларусь в подготовке доклада не участвовала, хотя и ставит задачу ускоренного привлечения инвестиций.
Как видим, выбирать особенно не приходится. Имеется определенный резерв средств, потенциально реализуемый в процессе продажи предприятий. Но для его материализации пока не хватает политической воли, да и очереди из покупателей нет. Рассуждая об инновационном развитии, нельзя забывать и о высоком износе активной части основных фондов практически во всех бывших республиках. Средств же на ускоренное обновление также нет.


В этих условиях, исходя из имеющихся возможностей, кроме концентрации ресурсов для Беларуси логично сосредоточиться на развитии транспортной инфраструктуры и сферы услуг. Эти направления экономической деятельности, аккумулируя излишнюю численность работающих на промышленных предприятиях, обеспечат рост производительности труда и конкурентоспособности продукции, а также создадут необходимый капитал для инновационного развития.

С уважением,


{jcomments on}

Сергей ПЕЛИХ, профессор кафедры экономики предприятий Академии управления при Президенте Республики Беларусь, доктор экономических наук

Сегодня уже совершенно ясно, что будущее - за теми странами, экономическая стратегия которых основана на использовании интеллекта, развитии науки, широком использовании результатов интеллектуальной деятельности. В самом деле, эти результаты и объекты интеллектуальной собственности лежат в основе всех инноваций - как тех, которые определяют успех товаров на рынке, так и тех, что влияют на развитие современного общества и человеческой цивилизации в целом.

Кто владеет изобретениями?

Как следствие, в промышленно развитых странах, занятых построением «экономики знаний», или «интеллектуальной экономики», основанной на «производстве» информации и знаний, материальное производство отступает на второй план. Изменяется вся производственная структура, основной движущей силой которой становятся «работники знаний». Из табл. 1 видно, в какой мере «вооружены» эти работники в самых богатых и самых бедных странах мира: разница превышает 100 раз. Для Беларуси, а также России и Украины этот показатель составляет 10 раз, но это - по приблизительным оценкам, так как отечественные экономисты не занимаются такими расчетами и не создают организационно-экономический механизм, который бы дал возможность оценить и эффективно использовать имеющийся интеллектуальный капитал.


Такое пренебрежение объясняется наследием командной экономики и является следствием Декрета «Положение об изобретениях», принятого Совнаркомом еще в 1919 г. Тогда изобретения стали общенародным достоянием, а автор получал ничего не значащий документ в виде авторского свидетельства. Интеллектуальный капитал остался без конкретного хозяина, который бы следил за его сохранностью, рациональным использованием, правильной оценкой. Кроме того, это привело к расхищению нашего интеллектуального капитала, например, мобильную связь изобрел советский ученый профессор Д.В.Агеев в 1970 г. Идея была украдена Западом, который заработал на ней сотни миллиардов долл.аров CALS-технологию изобрел в 70-х гг. академик В.М.Глушков, а в 80-х гг. она появилась в США и принесла колоссальные барыши. И таких примеров тысячи. Если же технология и продавалась, то это делалось по бросовым, демпинговым ценам. Так, технология, позволяющая в 57 раз повысить стойкость режущего инструмента (вакуумное напыление «нитрит титана») была продана США за 6 млн. долл., а уже через два года корпорация, купившая ее, заработала 10 млрд. долл.


К сожалению, мало что изменилось за 16 лет реформ в Беларуси. Необходимо как можно быстрее создать организационно-экономический механизм, который действует в развитых странах, и довести капитализацию интеллектуальной собственности субъектов хозяйствования и народного хозяйства до 80% всей стоимости. Тем более что материально интеллектуальная собственность существует: это никак не оцененные 3,5 тыс. действующих патентов Республики Беларусь, сотни тысяч промышленных образцов, тысячи полезных моделей. Так, ПО «МТЗ» имеет сейчас 3-4 десятка моделей тракторов, торговую марку, известную всему миру, а стоимость его официального интеллектуального капитала близка к нулю. У его конкурента John Deere эта собственность составляет 80% основного капитала.

К чему приводит такая значительная недооценка отечественных предприятий? Во-первых, при приватизации конкурентоспособных предприятий иностранцами общество не получает большие средства. Так, по оценке профессора Галины Олехнович, продажная цена российских предприятий при приватизации была занижена в 750 раз, т.е. меньше металлолома, полученного при утилизации оборудования.
Во-вторых, низкая капитализация не дает возможности при акционировании привлечь капитал, необходимый для расширенного воспроизводства.

В-третьих, наши предприятия не могут организовать производственную и научно-техническую кооперацию в мировом разделении труда.
Многие отечественные предприятия начали работу по оценке и постановке на учет интеллектуальных ресурсов, но этому мешают нормы, установленные Положением по бухгалтерскому учету нематериальных активов (утверждено постановлением Министерства финансов от 12.12.2001 г. №118). Согласно им при постановке на учет объекты оцениваются по рыночной стоимости и отражаются записью: дебет 04 «Нематериальные активы» и кредит 92 «Внереализационные доходы и расходы». А такие доходы облагаются налогом на прибыль в составе прибыли отчетного периода. Теперь становится понятно, почему предприятия не торопятся ставить на учет свой интеллектуальный потенциал.
На мой взгляд, надо сделать следующее. При постановке на бухгалтерский учет ОИС (объектов интеллектуальной собственности), ранее созданных трудом нескольких поколений конструкторов, технологов, программистов, их можно относить не на внереализационные доходы, а на увеличение Уставного фонда (дебет 04, кредит 80) или увеличение Добавочного фонда (дебет 04, кредит 83).


Вновь созданные ОИС ставить на учет по цене 1-2 руб. только для того, чтобы их зафиксировать, истинная же цена, с которой будут начисляться налоги, определится при коммерческом использовании, например, продаже, когда появится реальная прибыль.

К следующему укладу

Анализ зарубежного опыта и статистической литературы показывает, что простое заимствование интеллектуальных достижений других государств без соответствующей базы интеллектуального потенциала не решает проблемы создания независимой национальной экономики.
Международное движение новейших интеллектуальных продуктов осуществляется преимущественно между развитыми странами, основными получателями их в странах третьего мира являются филиалы и дочерние компании иностранных фирм. Все большее распространение получает поддержка государством тех видов деятельности, которые опираются на знания. Финансируются не только фундаментальные исследования, но и научно-исследовательские, и опытно-конструкторские работы НИОКР, и даже внедрение нововведений в промышленности. Знания становятся важнейшим объектом интеграции, в то время как производство продукции индустриального типа переносится в менее развитые страны, но более богатые природными ресурсами.


Особенностью современного экономического роста для многих стран стал переход к непрерывному инновационному процессу в практике управления. Доля НИОКР в общей системе инвестиций постоянно увеличивается, превышая порой в наукоемких отраслях расходы на приобретение оборудования и строительство. Одновременно усиливается государственная научно-техническая, инновационная и образовательная политика, определяя тем самым общие условия научно-технического прогресса. В развитых странах до 90% экономического роста приходится на научно-технический прогресс. Расходы на науку и образование достигают 3% ВВП, при этом доля государства составляет 35-40%. По прогнозам, рынок наукоемкой продукции к 2015 г. может достичь 4 трлн. долл.


Смещение акцентов в мировой торговле в сторону увеличения производства наукоемкой продукции происходило в 70-80-х гг., когда сырьевые кризисы выдвинули на повестку дня вопрос о создании нового оборудования и технологий, отвечающих задачам ресурсосбережения и экономии энергии.


Для этого периода был характерен быстрый рост экспортной базы в прогрессивных отраслях промышленно развитых стран в результате активной государственной политики, направленной на содействие сбыту продукции, усиливающей в долгосрочном плане позиции страны на мировом рынке. Широкомасштабная модернизация производства в промышленно развитых странах усилила спрос на новые материалы, ресурсосберегающие технологии, продукцию электронной промышленности и биотехнологии, развивавшихся наиболее быстрыми темпами и составивших основу современного пятого технологического уклада.


Согласно теории длинных волн, основоположником которой был выдающийся российский ученый Н.Д.Кондратьев, научно-техническая революция развивается волнообразно, с циклами протяженностью примерно 50 лет. В настоящее время в мировом хозяйстве доминирует пятый технологический уклад, который характеризует достижения в области микроэлектроники, информатики, биотехнологии, освоения космического пространства и т.д. В соответствии с данной теорией предел доминирующего сегодня уклада будет достигнут к 2020 г. В настоящее время происходит становление следующего технологического уклада, ключевыми направлениями которого станут биотехнологии, системы искусственного интеллекта, глобальные информационные сети и интегрированные высокоскоростные транспортные системы. Дальнейшее развитие получат гибкая автоматизация производства, космические технологии, производство конструкционных материалов с заранее заданными свойствами, ядерная энергетика, авиаперевозки. Рост потребления природного газа будет дополнен расширением сферы использования водорода в качестве экологически чистого энергоносителя. Произойдет еще большая интеллектуализация производства, переход к непрерывному инновационному процессу в большинстве отраслей и непрерывному образованию в большинстве профессий. Завершится переход от «общества потребления» к «интеллектуальному обществу», в котором важнейшее значение приобретут требования к качеству жизни и комфортности среды обитания.

Плата за прогресс

Рост расходов на НИОКР в развитых странах опережал рост ВВП. Так, в 1984-1994 гг. в государствах «большой семерки» на долю высокотехнологичных секторов экономики приходилось 25% прироста ВВП. В целом за этот период в США за счет высокотехнологичных отраслей промышленности производительность труда выросла на 50%, в Японии, Великобритании и Канаде - более чем на 30, в Германии - на 30, во Франции и Италии - на 25%.


Подтверждением тому, что новые технологии являются основным фактором поддержания конкурентоспособности продукции на мировом рынке, служит значительное увеличение в последние годы затрат на НИОКР в ряде стран. В 1991-1999 гг. в США они возросли на 0,5% и уже к 1999 г. достигли 2,79%, в Южной Корее и Швеции - на 1 (2,71 и 3,05% соответственно), в Дании - на 0,3 (1,9%). В Японии, Германии, Великобритании, Франции, Италии, Швейцарии и Канаде доля расходов на НИОКР в ВВП составляет 2,7-3,1%.


В Беларуси наукоемкость ВВП на протяжении как минимум десятилетия находится ниже кризисного уровня, тогда как Россия преодолела 1%-ный рубеж. При росте числа действующих патентов доля внутренних затрат на исследования и разработки в ВВП составляет 0,6-0,7%, в том числе из бюджета выделяется не более 0,3% (на 2012 г. запланировано 0,28%).


На тысячу занятых в экономике Республики Беларусь в 2006 г. приходилось 6,9 работающих в научно-исследовательской сфере, тогда как в России - 11,8 (в 2005 г. - 7,4 и 16,6 соответственно). Для сравнения: в Польше, Испании, Венгрии, Чехии, Австрии данный показатель составляет около 10%, Дании - 14,2, Великобритании - 15,2, Германии - 17,8%.


Увеличение ассигнований на НИОКР в вышеперечисленных странах в определяющей степени способствовало тому, что сегодня именно они занимают лидирующие позиции в качестве экспортеров наукоемкой продукции за счет повышения доли высокотехнологичной продукции в национальном экспорте: от экспорта наукоемкой продукции США ежегодно получают около 700 млрд. долл., Япония - 400, Германия - 530 млрд. (табл. 2).


Согласно данным Комитета по науке и технологиям, в структуре товарного экспорта Беларуси доля производств низкой наукоемкости составляет 78%, средней - 18%, высокотехнологичных - 4%. По некоторым оценкам, доля высоких технологий в структуре произведенной продукции в Беларуси к 2025 г. достигнет лишь 8,6% (табл. 3).

 

 


По классификации Организации экономического сотрудничества и развития (ОРЭС), высокотехнологичными считаются отрасли, в которых показатель наукоемкости (отношение затрат на НИОКР к продажам) превышает 3,5%. Если он находится в диапазоне 3,5-8,5%, то производства и соответствующие продукты относятся к группе техно¬логий «высокого уровня», если выше 8,5%, то они характеризуются как «веду¬щие» наукоемкие технологии.

Какие технологии считать «высокими»?

Термин «высокие технологии» все чаще используется для описания наиболее передовых в технологическом отношении комплексов промышленности. Хотя общепринятое определение данного понятия пока не устоялось. Широкое согласие имеется относительно тех подразделений промышленности, которые, вне всякого сомнения, следовало бы включить в группу высокотехнологичных. Затруднение состоит здесь не в отсутствии наиболее подходящего определения, а в выявлении основных признаков группы отраслей обрабатывающей промышленности, относимых к комплексу высоких технологий на основе наукоемкого уровня применяемого ими производственно-технологического аппарата и выпускаемой ими продукции. Такие отрасли охватывают производство компьютеров, электротехнический и электронный инжиниринг, точное приборостроение, авиастроение и фармацевтику.


В высокотехнологичных отраслях промышленности ЕС было занято в 2000 г. свыше 4 млн. человек, или почти 15% общего количества работников в обрабатывающей индустрии, и выпущено продукции с добавленной стоимостью в объеме 271 млрд. евро, что составило чуть менее 19% совокупной добавленной стоимости индустрии в целом.


По приведенным показателям ЕС лишь немного уступает США и Японии, где аналогично определенные промышленные сектора высоких технологий насчитывают 20-21% занятых в промышленности (и несколько большую долю добавленной стоимости, хотя точных данных нет). Наибольший вклад в объем добавленной стоимости, продуцируемой высокотехнологичными отраслями обрабатывающей индустрии обеспечивала Германия, тогда как Ирландия выделялась самой высокой степенью специализации в этих комплексах.


Беларусь располагает всеми основными предпосылками для наращивания научно-технического потенциала. У нас высокий образовательный ценз населения, серьезный научно-исследовательский потенциал. Однако нужно активное вхождение нашей науки и производства в мировое разделение труда, так как международное научно-техническое сотрудничество выступает в качестве необходимого условия развития научно-технического потенциала на современном этапе.

Ирина МИХАЙЛОВА-СТАНЮТА, профессор кафедры экономики и управления УО «ВГКС», профессор, доктор экономических наук

Беларусь достигла в 2004-2008 гг. самых высоких темпов ВВП среди стран СНГ: в этот период среднегодовой рост ВВВ составил 6,8%, а с 2005 по 2008 - 9,6%. Даже во время мирового финансового кризиса 2009 г. рост продолжался(100,2%). И это притом, что со снижением мировых цен на нефть подешевели и нефтепродукты, продажа которых дает треть валютных поступлений от всего экспорта страны. Средняя цена экспорта 1 т нефтепродуктов в 2009 г. составила 451 долл. США, или 64,4% цены 2008 г. Калийные удобрения подешевели на 12,4%, азотные - на 60,6, химические волокна - на 17,2, тракторы - на 25,7, черные металлы - на 48,6, шины и лесоматериалы - на 40%. Меньше всего подешевел экспорт мяса (на 12,4%), а также молока и молочных продуктов - на 26%. Тракторов страна продала на 54% меньше, чем в 2008 г. (да еще 25% потеряла на их ценах), черных металлов - на 57,8%, телевизоров - на 50, трансформаторов - на 37, прицепов и полуприцепов - на 55%. Грузовых автомобилей, цена на которые возросла примерно на 60%, реализовали всего 23,5% к уровню 2008 г., а сельскохозяйственной техники (с ростом цены на 30%) - 79,8%.


Сужение российского рынка негативно сказалось на финансовом положении белорусских поставщиков. Складские запасы многих видов продукции резко возросли, а валютные поступления сократились. Впервые за 5 лет валютная выручка белорусских предприятий упала. Объем валютных поступлений даже не достиг уровня 2007 г. До 2009 г. валютная выручка постоянно увеличивалась. В 2005-2007 гг. рост достигал 27% , в 2008 г. он стал рекордным - 37,6%, а ее размер составил 37,86 млрд. долл.
В 2009 же году белорусские предприятия заработали всего 25,9 млрд. долл. валюты, т.е. почти на 12 млрд. меньше, чем в 2008 г. При этом валютная выручка из стран СНГ снизилась на 34,2%, в т.ч. из России - на 32,9, из стран вне СНГ - на 29,8%.
Объем производства в машиностроении и металлообработке уменьшился на 25,7% по сравнению с 2008 г., а по промышленности в целом - на 2,8%.


Произошло также двукратное падение рентабельности промышленной продукции: с 15,3% в 2008 г. до 8-4% в 2009 г.
При этом в период с 2001-2008 г. снижалась доля в общем объеме экспорта промышленной продукции - в среднем на 10 п.п. в год Постепенно падала доля сложных изделий и повышалась минерального сырья и химической продукции - до 80% в 2008 г.
По мнению международных экспертов, анализирующих инновационное состояние РБ, эти тенденции «не свидетельствуют о развитии инновационной деятельности» (с. 11).

 

 

 «Доля инновационной продукции в общем объеме производства за период с 2005 г. остается практически неизменной. Отмеченная тенденция соответствует динамике показателей объема и структуры экспорта высокотехнологичной продукции» (с. 16).


Ее доля в общем объеме экспорта в 2007-2008 гг. составляла соответственно 3,3 и 2,7%, а в импорте - 7,2 и 6,4%. Эксперты рассматривают эти тенденции как негативные, особенно в отношении импорта, который «является важным каналом трансграничного распространения инноваций и тем самым способствует наращиванию технологического потенциала страны и повышению производительности труда» (с. 140).
Но на высокотехнологичный импорт еще нужно заработать. Между тем отрицательное сальдо по итогам 2011 г. сформировалось в объеме отрицательном и продолжает нарастать. Что в этой ситуации можно сделать?


Беларусь обладает хорошо развитой промышленной базой, что является одним из ведущих факторов, определяющих экономические показатели последних лет. В 2004-2008 гг. реальный объем промышленного производства вырос вдвое. В последние 10 лет доля промышленности в ВВП в целом остается на стабильном уровне: в 2000-2008 гг. 26,5-28,0%, в 2009 г. - 25,3%.


Ведущей отраслью промышленности является машиностроение и металлообработка, на которую в 2009-2010 гг. приходилось 21,5% промышленного производства. Однако на эту отрасль приходился еще больший удельный вес занятых - 35% всей численности занятых в промышленности. Тенденция сложилась давно и относится к негативным, так как фиксирует более низкую производительность труда, чем в целом по промышленности (соотношение доли в ВВП и в общей занятости в 2010 г. - 26,8 и 25,6%) или, к примеру, в строительстве (11 и 9,3%). В высокотехнологичном машиностроении пропорции должны быть как минимум обратными. Дело в том, что инновациями называются не только новшества разных видов и направленности, но и те, которые обеспечивают новые способы создания повышенной (по сравнению со среднесложившейся в отрасли) добавленной стоимости. Это превышение часто называют интеллектуальной рентой.


Основа нашего машиностроения - автомобили, тракторы, бульдозеры, дорожная, сельскохозяйственная, строительная и другая техника - продукция с невысокой долей в ее цене добавленной стоимости. Ее способности к быстрому и долговременному наращиванию (в т.ч. с помощью инноваций) добавленной стоимости на единицу используемых ресурсов и формированию выгодных пропорций обмена на внешних рынках ограничены.

 
Республика импортирует в год более 5 млн. т металла против 3,8 млн. т в 2000 г., цена на который растет быстрее, чем на материалоемкие изделия из него невысокой сложности.


Совершенно очевидно, что машиностроению требуются структурная перестройка и выбор специализации (приоритетов) с оглядкой на импортируемые или местные ресурсы и прогнозируемые на них цены.
В этой связи хотелось бы напомнить, что вес одного доллара американского экспорта в 2000 г. по сравнению с 1970-м уменьшился более чем наполовину. А Япония за двадцатилетний период (1965-1985 гг.) увеличила свое промышленное производство в 2,5 раза при неизменном потреблении энергии и сырья.


Международный опыт нам подсказывает целесообразность следования по этому направлению, что возможно только с ростом инновационности продукции и появлением в ее цене интеллектуальной ренты. Особенно нуждается в новых технологиях машиностроение. Именно в его рамках формируется высокотехнологичный комплекс (ВТК), представляющий собой ядро технологического уклада, внутри которого зарождается новый, более высокий уклад. И нежелательно, чтобы старый уклад обновлялся лишь частично, не обеспечивая сопряженность технологий. Несопряженность снижает конкурентоспособность продукции и качество экономического роста. Необходимо преодолевать существующую множественность разнокачественных укладов и поднимать инновационность сопряженных отраслей хотя бы в рамках одного кластера, подтягивая комплектацию до требуемого уровня. И в этом плане перед машиностроительной отраслью (кластером), как совокупностью взаимосвязанных производств, стоит очень сложная задача - выбор специализации для выхода на мировой рынок. Она обычно решается совместно с международным партнером, роль которого часто определяющая ввиду передачи высоких технологий, финансирования бизнеса и включения его в международные сбытовые сети.


Фирм стратегических новаторов непрерывных инноваций в Беларуси крайне мало, как и периодических новаторов. Да и просто пользователей новых технологий, судя по статистике, не так уж много.


Используя отраслевую классификацию ОЭСД, в промышленности РБ можно выделить высокотехнологичный сектор: радиотехнологическая отрасль, электронная, приборостроительная, биотехнологическая и др. Однако ОЭСД, называя эти отрасли высокотехнологичными, имеет в виду изобретательский уровень выпускаемой продукции, которая помечается специальным кодом. Такой продукции у нас единицы.
Современное значение удельного веса добавленной стоимости в цене машиностроительной продукции в РБ (32-33%) наблюдалось в развитых странах в 1994-1997 гг. Технологически обусловленное отставание машиностроения РБ от стран лидеров по этому показателю составляет 1,4 раза по сравнению с Германией, 1,55 раза - с Японией и 1,6 раза - с США.


По мнению экспертов, Беларуси не удалось сформировать целостную систему институтов и механизмов, обеспечивающих развитие ключевых технологий, способных изменить облик их научно-технических комплексов и тем самым расширить свое присутствие на мировых наукоемких рынках, хотя бы в кооперации с передовыми зарубежными партнерами.


Главной проблемой стран с переходной экономикой, образовавшихся после распада СССР, является отсутствие или малое присутствие у них научных школ мирового уровня и критической массы ученых, полностью обеспечивающих потребности в научном сопровождении приоритетных направлений научно-технической деятельности. Интеллектуальный потенциал в любой стране ограничен. Поэтому единственным продуктивным решением становится международное научно-техническое развитие.


Выбор типа инновационной политики, как и политики импортозамещения, во многом зависит от размеров государства. Наметившийся в Беларуси тип этих политик, обозначенный как опора на собственные силы, вряд ли удачен. От него в эпоху глобализации отказались даже самые развитые страны.


Белорусскому машиностроению также мешает сохраняющаяся отдаленность от внешних рынков развитых стран, ставка на традиционных потребителей и даже недостаточное внимание к поиску и получению доступа к максимально возможному числу различных источников информации о новых и предполагаемых технологических разработках.


В советское время военно-промышленный комплекс использовал все доступные источники получения информации о промышленном и военном потенциале вероятного противника. Нередко научно-технический потенциал формировался на основе аналогов изделий, которые были созданы за рубежом. По сути, так создавалась ядерная, ракетная, радиоэлектронная промышленность не только в СССР, но и в других странах. Все советские автомобили были аналогами: «Жигули» - «Фиат», «Волга» - «Форд», «ГАЗ» - «Виллис», «Чайка» - «Паккард» и т.д.
Япония, например, имела и имеет наблюдателей в «Силиконовой долине» США и приобретает даже «тупиковые» ноу-хау, чтобы не идти ложным путем.


Искать и находить источники, систематизировать и если надо бесплатно передавать их бизнесу: мелкому, крупному, частному и государственному крайне важно, пока проблема внедрения инноваций не решится путем развития конкуренции, заставляющей предприятия, наращивая свои преимущества, использовать результаты и промышленного шпионажа. Государство может помочь научным коллективам перейти «долину смерти», т.е. финансируя фундаментальные исследования. И в этом плане вхождение Беларуси в глобальное технологическое пространство крайне необходимо с целью обеспечения научного сопровождения приоритетных национальных производств, составляющих основу технико-технологической специализации страны. По нашему мнению, эту задачу можно поставить в качестве стратегической в инновационной политике страны. Вхождение в ТНК, научно-технологические альянсы, членство в ЕС дали возможность постсоциалистическим странам получить или совместно освоить передовые технологии, приобщиться к венчурному финансированию и льготному кредитованию, набраться опыта во внедрении и продвижении инновационных проектов. Для нас это тоже важно. В этом заключается статусная роль НИС - обеспечить непрерывный интенсивный поток знаний (образования), их воплощение в научно-технических разработках и практическое освоение в производстве. И тогда белорусскому машиностроению для ликвидации отставания от развитых стран по удельному весу добавленной стоимости в цене продукции потребуется не 10-13 лет. Кстати, уровень инновационности в числе других показателей оценивается также скоростью (временем) внедрения новых технологий.


Вполне очевидно, что активное наращивание инновационного процесса в РБ будет проходить по мере преодоления кризиса и подъема экономики. Но желательно, чтобы инновационный процесс не следовал за экономическим ростом, а стал его главным фактором. Как говорит Билл Гейтс: «Во время нынешнего кризиса произойдет инновационный скачок. В кризисные моменты всегда совершаются великие открытия». Дай-то Бог!

 

Бизнес электронных продаж набирает обороты - во многих странах СНГ его объем растет в разы быстрее, чем в традиционной торговле. Вместе с тем предприниматели все больше задумываются о структуризации е-коммерции и повышении рентабельности. Такие возможности своим клиентам в Беларуси и России предложил один из крупнейших банков Латвии Rietumu. Подробнее об этом - в интервью с первым вице-президентом Русланом СТЕЦЮКОМ.


- Почему латвийский банк решили выйти на рынок электронной коммерции Беларуси и России?


- Нас привлекают перспективы рынка онлайн-коммерции, которые действительно огромны. Согласно статистике только в России, например, в этом году его объем превысил 10 млрд. долл., и в ближайшие пять лет он может вырасти еще раз в десять. Очевидно, что электронная торговля в СНГ только набирает обороты.


Но самое главное, что в е-коммерции не существует каких-либо границ. Если вы продаете через интернет, например, русские книги, рассчитываете на покупателей не только из России и Беларуси: с таким же успехом они могут быть из Европы, США и других стран. С другой стороны, сайт, через который продаются эти товары, может принадлежать, например, европейской компании.
В Европе законодательство, регулирующее сферу е-коммерции, - одно из самых совершенных в мире. И организация бизнеса в интернет-среде на базе европейской компании открывает широчайшие возможности для его структурирования, позитивно влияет на доходность электронных продаж и повышает финансовую мобильность, поскольку счет такая компания может иметь в любом банке мира.
Нашим клиентам доступен весь этот инструментарий. Rietumu - один из немногих банков Балтии, обладающий всеми необходимыми европейскими лицензиями на электронную торговлю. Поэтому в сфере е-коммерции у нас сильные позиции.


- Чем сотрудничество с европейским банком может быть полезным белорусскому предпринимателю, который хочет развивать онлайн-бизнес?


- Открытие торгового счета (merchant account) в европейском банке существенно удешевляет для владельца сайта весь европейский трафик. Я имею в виду все расчеты посредством кредитных карт, выданных банками Европы. А эти карты находятся на руках у очень платежеспособной публики, делающей покупки в онлайне, в том числе в странах СНГ. К примеру, порядка 20% оборота электронной торговли в России обеспечивается именно с использованием европейских карт.
Поэтому российским и белорусским предпринимателям в сфере онлайн-бизнеса, клиенты которых используют для расчетов европейские кредитные карты, очень выгодно обслуживать свой бизнес через банк в Европе.


- В каких европейских странах, на ваш взгляд, целесообразно регистрировать компанию для электронной торговли?


- Поскольку онлайн-бизнес трансграничен, для регистрации торговой компании можно подобрать оптимальный вариант в зависимости от направления продаж, будь то предметы искусства, одежда, туристические путевки, авиабилеты, виртуальные покупки в социальных сетях или гейминг. Чтобы было понятно, о чем я говорю в последнем случае, приведу один из последних примеров: компьютерная игра Modern Warfare 3 свой первый миллиард долларов «заработала» за 16 дней и уже опередила по прибыльности киноленту «Аватар».
В Европе существует множество юрисдикций, которые оптимально подходят для того или иного вида бизнеса, эта система складывалась десятилетиями и на сегодня оптимально отлажена. Здесь можно упомянуть Великобританию, Кипр, Данию и др.


- Сложно ли зарегистрировать такую европейскую компанию и что это в итоге дает? Иными словами, имеет ли смысл предпринимателю брать на себя все эти хлопоты?


- В Rietumu принято решать такие вопросы «под ключ», потому что в этом процессе есть много составляющих, которые необходимо правильно оформить, чтобы результат был эффективным. Вовсе не нужно, скажем, ехать в Данию, чтобы учредить датскую компанию - все документы оформят профессионалы, которые впоследствии будут также следить за подготовкой и подачей финансовой отчетности. У нас есть партнер, который берет все эти вопросы на себя.

И смысл в этом, конечно, есть. Грамотное планирование помогает значительно оптимизировать финансовые потоки, в том числе с точки зрения налогообложения. Как показывает наш опыт, рентабельность бизнеса в результате серьезно возрастает.


- Электронная торговля - все-таки пока специфическая сфера деятельности. Легко ли, на ваш взгляд, сегодня решаются технологические вопросы?


- Она не столь специфическая, как кажется на первый взгляд. Интернет - это просто новый глобальный канал продаж того, что раньше продавалось другими способами. Что же касается специальных моментов, то они легко улаживаются с помощью специалистов.
Скажем, мы в Rietumu предлагаем комплексный сервис в сфере виртуальных продаж: от юридических и финансовых вопросов и до консультаций в области технической поддержки. Так что переход от традиционной торговли face-to-face к онлайн-бизнесу происходит легко.


- Как обстоят дела с расчетами - насколько быстро торговец может получить на свой счет деньги за проданный товар?


- В этом плане е-коммерция принципиально отличается от продаж через торговые сети: деньги за проданный товар поступают на ваш счет в течение одного-двух дней. По сравнению с традиционной торговлей это можно считать онлайн-режимом, это революционно иная скорость оборота капитала.


- Многих пока останавливают соображения безопасности. И у потенциальных торговцев, и у покупателей возникают опасения, что участие в торговле через интернет может принести им финансовые потери. Каков, на ваш взгляд, сегодня реальный риск мошенничества в интернет-среде?


- Я считаю, что данная проблема в основном надуманная. Все эти страхи в большинстве своем продуцируют люди, не связанные с онлайн-бизнесом или те, кто пытается в нем работать непрофессионально. Серьезный бизнес для себя проблему рисков решил, для этого существуют соответствующие технологии, стандарты безопасности, методики мониторинга подозрительных транзакций, которые применяются в том числе и нами, в Rietumu.


- Вы как банк работаете только непосредственно с торговцами или сотрудничаете также с профессиональными участниками рынка е-коммерции?

 


- Мы предлагаем сервис нескольких уровней. Во-первых, это комплексные решения для структурирования и обслуживания существующего бизнеса или того, который переходит из офф-лайна в интернет-среду.
Вторым сегментом для нас являются профессиональные «интернет-пеймент-сервис-провайдеры», для которых мы становимся новым транзакционным каналом и эквайер-банком.
Набор этих предложений является результатом того долгого пути совершенствования сервиса e-коммерции, который мы прошли на европейском рынке. И сегодня мы уверены в том, что наши решения способны существенно увеличить эффективность бизнеса клиентов.

 
- Выступая с этим предложением, вы, думаю, уверены в том, что белорусские и российские бизнесмены в сфере е-коммерции выберут сотрудничество именно с вашим банком, хотя вариантов в Европе достаточно. В чем именно ваша уникальность?


- Уникальность Rietumu в том, что мы - европейский банк, который работает трансгранично и говорит на русском языке. Ведь когда большая европейская банковская структура приходит, скажем, в Россию, она открывает там дочерний, уже российский банк, который начинает играть по правилам местного рынка. Мы же предлагаем сервис бизнесу в СНГ, который ищет пути развития в Европе, будучи именно банком страны ЕС. При этом мы прекрасно понимаем ментальность своих клиентов, у нас общие язык и культура. И, если принять во внимание размер активов, собственного капитала, технологический уровень развития, то становится очевидно, что таких банков, как наш, совсем немного. Да простят мне «манию величия», скажу больше: мы - единственные.