ГОСТИНАЯ ЖУРНАЛА "ДИРЕКТОР"

Антон БОЙКО

На протяжении 15 лет Беларусь использовала оставшееся со времен СССР промышленное наследство. Но ничто не вечно. Сегодня для конкуренции на внешних и внутреннем рынках практически во всех отраслях экономики назрела проблема техперевооружения. Готовы ли отечественные ученые помочь производственному сектору своими изобретениями; что мешает работе исследователей; как облегчить процесс внедрения ноу-хау на предприятиях? Эти и другие вопросы стали предметом дискуссии в рамках «круглого стола» «Роль науки в экономике Беларуси». В ней приняли участие вице-председатель НАН Беларуси Петр Александрович ВИТЯЗЬ, зам. директора компании «Навiнка» Иван Яронович ПИРЧ и главный редактор журнала «Директор» Александр Николаевич КОВТУНЕНКО.

Александр Ковтуненко: - Влияние науки на инновационное развитие - чрезвычайно важная и сложная тема. На страницах журнала мы неоднократно затрагивали данный вопрос. Но своей актуальности проблема взаимодействия исследовательского и реального секторов не потеряла. Скорее, наоборот, поскольку очевидно, что у инновационного пути развития нет альтернативы. Иных вариантов роста ВВП в Беларуси просто не существует.
Вроде бы все просто и понятно. Но эти «азы» прекрасно освоили и в других государствах. Поэтому в ближайшие годы рискуем вместо завоевания новых рынков сбыта потерять традиционные. Есть группа стран, где ВВП по паритету покупательной способности на душу населения меньше 6 тыс. долл. на человека. Во второй группе показатель колеблется от 6 до 20 тыс., в третьей - свыше 20 тыс. долл., т.е. возможности государств различны. Учитывая ограниченность ресурсов Беларуси, которая производит чуть более 12 тыс. долл. ВВП на одного работающего, вряд ли стоит инвестировать средства во все существующие направления. Петр Александрович, какие проекты РБ имеют наибольший потенциал? Можем ли мы в принципе предложить разработки, способные превзойти ноу-хау стран с более выгодными стартовыми позициями?
Петр Витязь: - Все говорят, что мы бедные. Я с этим не согласен. В Беларуси есть лес, вода, земля, соль, гранит. Но самый большой резерв - человеческий ресурс, потенциал которого закладывается качественным образованием. Вопрос в том, как его правильно использовать? Необходимо закрывать энергоемкие и металлоемкие отрасли, а развивать то, с чем сможем закрепиться на внешних рынках - сферу услуг, биотехнологии, нанотехнологии… Распылять же средства действительно глупо.
А.К.: - Принятие каких мер будет способствовать скорейшему росту данных направлений?
П.В.: - Чтобы рассчитывать на серьезные дивиденды, необходимо перенять успешный опыт ПВТ. Хотя условия работы площадки были разработаны задолго до начала ее работы. С аналогичной идеей НАН Беларуси пыталась выступить еще в 1997 г., когда не существовало технопарков и СЭЗ. Планировалось специализироваться на производстве новой высокотехнологичной продукции. Особых требований не выдвигалось - мы просили только свободы действий и освобождения от налогов. Но предложение не прошло. В результате получили стагнацию науки. Сегодня что-то создается, разрабатывается… Заменяется плохая деталь на хорошую. Пусть это результат, но что он означает в масштабах мировой экономики? Совершенно очевидно, что данный путь не имеет никаких перспектив. Беларуси необходимо срочно перестраиваться в области использования инноваций и выходить с технологиями 5-6 уклада на внешние рынки.
А.К.: - Есть ли надежда, что ситуация изменится?
П.В.: - В настоящий момент прорабатывается идея организации двух технологичных парков, один из которых разместится на базе НАН - Парк передовых технологий. Если будет принято положительное решение, то это станет новым импульсом в решении стоящих не только перед наукой, но и экономикой задач. Другого пути развития страны попросту не существует.
Иван Пирч: - Но в состоянии ли Беларусь сконцентрировать в себе все функции, начиная от исследований и заканчивая реализацией конечной продукции? Я думаю, что надо использовать не только отечественные, но и зарубежные разработки. Когда мы создавали самую первую машину, нашим заказчиком выступило ОАО «Газпром». Изначально российский гигант выставил требование сделать технику на отечественных комплектующих изделиях. Прошло меньше года, и специалисты отказались от своих требований, потому что в первую очередь им нужна машина, которая бы работала. Сейчас мы выбираем лучшие, дешевые и доступные комплектующие изделия. Без соответствия данным требованиям выйти на рынок очень сложно.
П.В.: - Вряд ли возможно сосредоточить в одном месте все звенья инновационного процесса. У одного есть разработка, второй имеет производство, третий - рынок, четвертый - деньги. Не бывает, чтобы все составляющие концентрировались в одной стране. Поэтому для интеграции в мировую систему необходимо создать так называемую биржу передовых технологий.
Мы уже выносили данную идею на обсуждение, но пока поддержки не нашли. Планировалось построить выставочный павильон и проводить 12 коммерческих биржевых торгов в год с участием самых передовых фирм и бизнесменов. Только тогда внедрение разработок будет происходить с приемлемой скоростью. В настоящее время вроде бы принимается хороший проект, но отсутствует финансирование для внедрения на предприятии. Пока изыскиваются средства, конкуренты успевают придумать более совершенную технологию.
Кроме того, необходимо учитывать крайне агрессивную политику компаний по защите своей продукции. Если всерьез рассчитываем экспортировать высокотехнологичные товары, то придется договариваться с нынешними лидерами и встраиваться в существующие конгломераты. А биржа может стать хорошей площадкой для поиска партнеров. Все-таки сегодня реалии таковы, что изначально необходимо продумывать пути выхода на рынок и только потом ставить задачи по выпуску продукции, увеличению ВВП.
А.К.: - Абсолютно верно. Ибо развитие экономики пока складывается крайне неэффективно. На каждый рубль прироста ВВП мы тратим два рубля заемных ресурсов. На обслуживание зарубежного долга расходуем более 10% ВВП.
Что касается ПВТ, то в Беларуси вычислительная техника и разработка программного продукта со времен СССР были хорошо развиты. И в Парк высоких технологий в основном вошли уже существовавшие предприятия, которые за счет налоговых послаблений объединили в одну структуру. Есть ли в республике еще готовые наработки такого уровня?
П.В.: - Прежде всего оптика, сенсорика, оптоэлектроника, лазерная и светоидная техника. На самом деле, мы имеем десятки наукоемких конкурентоспособных направлений.
И.П.: - Но вот в России многие инновации так и не выходят на конвейер из-за технологической отсталости. Сможем ли мы решить данную проблему?
П.В.: - В Беларуси нет оборудования по ряду производств. Это нормально. Никто же не требует от резидентов ПВТ, чтобы они создавали информационные программы на отечественных компьютерах. В то же время, у нас есть знания, позволяющие производить опытные, экспериментальные образцы. Следующим шагом должна стать организация дефицитных конструкторских бюро. Необходимо создать условия для толковых людей. В частности, нуждается в изменениях устаревшая нормативная база. Только на третьем этапе можно рассчитывать на организацию крупных производств. Любая работа требует предварительной подготовки.
В настоящий момент выходом из положения является опять-таки кооперация с коллегами из других стран. Наглядным примером успешного партнерства может служить совместный проект с российской стороной при разработке сверхмощных компьютеров и специфического ПО для этой техники. Очевидно, что выпуская ПК, нет никаких шансов выйти на мировой рынок. Поэтому было решено пойти другим путем - объединив усилия, разработать супер-компьютер, который оказался востребован.
А.К.: - Судя по последним выступлениям Михаила Мясниковича, не за горами создание сети научно-технических центров. Идея организации НПЦ имеет предысторию - в оборонной промышленности науку и производство активно объединяли научно-технические центры, создаваемые еще в конце 80-х гг. Но денег на технологию не хватало и тогда. Вряд ли сейчас ситуация в аппаратах Министерства с подготовкой производства изменится в лучшую сторону.
П.В.: - Необходимо ставить задачу самостоятельно зарабатывать. Сейчас при НАН наряду с 5 объединениями действует 5 НПЦ в аграрном секторе. Эти структуры переведены на хозрасчет. Пока направление не приносит прибыли, так как предприятия взяты с долгами. К тому же потребуется время на создание базы, новых сортов, отладки технологии выращивания. Но в перспективе рассчитываем вывести объекты на самоокупаемость. Работа по хозрасчету - нормальное явление. Любое производство должно себя окупать, иначе какой в нем смысл? Конечно, изначально надо инвестировать в разработки, создание образцов, но после подходить к экспорту и импортозамещению.
Наглядным примером выхода на самофинансирование служит созданный еще в 70-х гг. НПЦ, который специализировался на выпуске центрифуг, применявшихся в космических испытаниях. Основываясь на имеющихся разработках, специалистам удалось создать новые технологии плазменной и гидрообразивной резки. Благодаря ноу-хау центр сотрудничает с зарубежными фирмами, совместно с которыми изготавливает продукцию и успешно реализует ее за рубеж.
А.К.: - Вы говорите о концентрации усилий. Но, по мнению зарубежных консультантов, белорусская Академия наук чрезмерно широко формирует свои задачи. Отчего возникло противоречие желаемого с возможным?
П.В.: - Не думаю, что мы распыляем человеческие ресурсы. Задача поставлена - развивать прежде всего востребованные направления. Данному требованию и пытаемся соответствовать. Полагаю, что польза НАН для Беларуси очевидна. Только за последнюю пятилетку Академией наук реализовано 25 инвестиционных проектов. Мы строим заводы, фермы, самостоятельно выпускаем продукцию. Кроме того, принимаем участие в научном сопровождении большинства инновационных и инвестиционных проектов во всех областях народного хозяйства.
В частности, разработками помогаем промышленным гигантам удерживать рынки сбыта. С БелАЗом создан совместный научно-производственный цех двойного подчинения. Среди прочего пытаемся вместе решить задачу выхода техники на ресурс 1 млн. км до капитального ремонта. Подписан договор о сотрудничестве с МТЗ. А вот с МАЗом длительное время не получалось найти общий язык. Полагаю, именно в отсутствии контакта минского автозавода с отечественными учеными - основная причина тяжелого положения предприятия.
А.К.: - Не уверен, что мы в состоянии вытянуть завод даже при помощи Академии наук. МАЗ не оправдает вкладываемых в него сегодня средств. Аналогичная ситуация с телевизорами, холодильниками. Нам не нужно сохранять все 100 валообразующих предприятий. Многие из них, как справедливо заметил на страницах журнала директор минского предприятия «Лазеры в экологии, медицине, технологии» Алексей Шкадаревич, просто «перемалывают» импортируемые ресурсы, поэтому доля добавленной стоимости в готовой продукции оказывается небольшой. Поэтому наукоемкость ВВП республики не превышает 0,8%. По его мнению, нужно отдать предпочтение развитию высокотехнологичных производств и, в частности, приборостроению. Предприятие ЛЭМТ, привлекая к разработкам ученых, активно работает на мировом рынке высоких технологий, при этом доля интеллектуальной составляющей в цене изделий превышает 50%. Для республики выгоднее сконцентрировать усилия на наиболее перспективных брэндах, а ряд других производств переориентировать с выпуска готовой продукции на изготовление изделий под заказ транснациональных корпораций. Жлобинский металлургический завод сумел пробиться на конвейер крупных заказчиков и теперь прекрасно себя чувствует. Учитывая общий менталитет, язык, ценовую конкурентоспособность, мы пока еще вполне можем договориться с российскими структурами и делать для них какие-то изделия.
И.П.: - Есть и другой путь решения проблемы убыточных гигантов. В свое время определенные трудности испытывал «Амкодор». Экс-президент концерна Василий Шлындиков акционировал предприятие, разделил его на подразделения, результатом чего стало появление целого ряда небольших фирм, которые за счет способности быстро реагировать на изменяющуюся конъюнктуру рынка успешно развились. Например, в группе компаний «ФИД», составной частью которой является предприятие «Новинка», работает уже свыше 300 человек, рентабельность производства - более 30%, минимальная заработная плата - 500 долл. Есть и другие положительные примеры. А вот «Горизонт» вместо акционирования предприятия и создания передовых производств пошел иным путем, в результате чего имеет с каждого телевизора почти 150 долл. убытка.
П.В.: - Надо смотреть в завтрашний день. По примеру БелАЗа стараться опережать события, иметь в запасе техническое решение. В Жодино верно вычислили наиболее перспективные направления развития. Успешно сотрудничают с наукой, но не стесняются «разбавлять» местные разработки «покупными» технологиями и комплектующими. Эти меры позволяют сохранять конкурентоспособность продукции по соотношению цена-качество.
И.П.: - Не стоит забывать и о том, что создать ноу-хау - это полдела. Как уже верно заметил Петр Александрович, более важный и сложный шаг - выйти с продукцией на рынок. Необходимы эффективные технологии продаж, организация сервисных центров. Тут требуются не ученые, а иные специалисты высокой квалификации.
А.К.: - Сегодня на плечи исследователей возложена задача продвижения продукции. Кроме того, до 40% рабочего времени у них уходит на составление различных отчетов. Получается, белорусский ученый выполняет целый ряд непрофильных функций - менеджера, административного работника, бухгалтера и т.д. Очевидно, что от распыления рабочего времени страдает основная деятельность.
П.В.: - Эту проблему решать необходимо. Но не так-то просто создать коллектив, где каждый будет заниматься своим делом. Нужно готовить кадры, выстраивать системы управления. На это уйдет определенное время. Реалии таковы, что если хочешь что-то иметь, придется тянуть основной воз на себе.
А.К.: - В данном случае НАН не обойтись без структурных преобразований.
П.В.: - Мы постоянно создаем новые направления по определенной тематике. Естественно, что какие-то приходится закрывать. Пытаемся это делать безболезненно, а не так, что уволил одних сотрудников и набрал новых. Хотя идет дискуссия о необходимости более радикальных действий. Но я остаюсь сторонником эволюционного пути.
А.К.: - А время позволяет медлить?
П.В.: - Время всегда сжато. Каждый случай надо рассматривать конкретно: закрывать ненужные темы и направления, отдельные лаборатории. Когда я работал в НПО порошковой индустрии, то взял на вооружение японский опыт. Ввел внутренний хозрасчет лабораторий. Если был отрицательный баланс, то выносилось предупреждение и давался срок - три месяца. Если не получалось исправить ситуацию, структура расформировывалась.
А.К.: - Но на самом деле хозрасчет родился вовсе не в Японии, а в СССР. К сожалению, этот опыт забыт, а если и возвращается к нам, то из других стран в усовершенствованном варианте. Но в любом случае, надо брать с Запада все полезное, касается это организации производства или «ноу-хау». И не всегда является благом пропагандируемое импортозамещение. Очень часто за тот срок, пока копируем иностранную разработку, внедряем на производстве и с ней выходим на рынок, технология устаревает. В то же время потраченные на бесполезную программу деньги уже не вернешь. Если же продукция оказалась хуже импортной, то снижается потенциал развития экономики.
П.В.: - Импортозамещение необходимо для соблюдения баланса экспорта-импорта. Страна не может жить в убыток. Но оно не должно являться самоцелью. Как показывает опыт, не всегда отсутствие необходимой продукции должно стать «сигналом» к ее освоению. Да и невозможно производить все. Если принято решение заместить иностранный товар, то он должен быть конкурентоспособен не только на внутреннем, но и на внешних рынках.
И.П.: - Нашу технику на территории Республики Беларусь закупает РУП «Беларусьнефть». Так было не всегда. Прежде чем приобрести наш комплекс, дважды приглашались зарубежные компании. Но технические параметры местного оборудования оказались лучше. Внедрив его, нефтедобытчики получили значительный экономический эффект. Поэтому нужно покупать только то, что превосходит существующие отечественные аналоги.
А.К.: - Изыскать недостающие ресурсы можно за счет активизации взаимодействия с частным бизнесом. Но из разговоров с предпринимателями становится ясно, что 90% из них совершенно ничего не знает о деятельности НАН.
И.П: - Хочу отметить, что наше предприятие, как и другие, входящие в группу «ФИД», - частное. И у нас есть интерес к научным разработкам, которые могут дать реальную прибыль. По многим вопросам обращаемся к ученым, в частности, в БГТУ. Но успех того или иного новшества определяет наряду с его конкурентоспособностью и такое обстоятельство, как степень готовности к внедрению. А здесь существуют проблемы, поскольку многие разработки откровенно «сырые». С другой стороны, я согласен с тем, что информация о разработках ученых должна быть более широкой и доступна всем.
П.В.: - У нас есть свой сайт в Интернете, центр технологий, регулярно проводятся семинары, конференции. То есть мы всегда открыты для тех, кто действительно заинтересован в улучшении качества товаров. Но в большинстве своем частный бизнес достаточно апатичен. А если к нам и забредет предприниматель, то не для выполнения совместной работы, а для получения бесплатно новой технологии. Такой подход не устраивает уже нас. Хотя уверен, наши наработки могли бы помочь многим фирмам создать новый конкурентоспособный продукт. Взаимодействие науки с частным сектором - по сути, незадействованный резерв экономики Беларуси.