В суд - только по делу

Юрий МОСКВИЧЕВ

Обращение в суд должно быть крайней мерой защиты нарушенных экономических прав, применяющейся только тогда, когда все другие возможности взыскать долг использованы. Такой совет дает председатель хозяйственного суда города Минска Игорь ЖДАНОВИЧ. Он также размышляет о наиболее рациональных способах судебной защиты и путях совершенствования хозяйственного судопроизводства.
- Игорь Николаевич, сказался ли экономический кризис на характере и динамике исков, поступающих в хозяйственный суд города Минска?
- Безусловно, сказался. Если выделить основное, то прежде всего бросается в глаза падение платежной дисциплины и, как следствие - обострение борьбы субъектов хозяйствования за финансовые ресурсы. Примерно 80% дел сейчас связано с расчетами за товары, работы, услуги. Причем, все чаще - по мелким долгам, которые в докризисную пору субъекты хозяйствования легко «прощали» друг другу.
В то же время в отдельных отраслях наблюдаем специфические особенности. Быстро растет количество дел, вызванных корпоративными спорами и связанных с отношениями собственности (недвижимость, земля). Примерно вдвое за последние годы увеличилось число споров в сфере строительства, что связано с активной деятельностью субъектов хозяйствования этой отрасли. Основные претензии при обращении в суд - задержки в расчетах, низкое качество работ, срыв сроков ввода объектов в эксплуатацию.
Весьма характерна, на мой взгляд, ситуация на рынке автомобильных грузоперевозок, показывающая механизм возникновения долгов. Раньше перевозчики работали в основном по предоплате, теперь же, как правило, - по факту оказания услуги. И когда контрагент по тем или иным причинам отказывается платить, то востребовать долг приходится через суд. И количество таких исков в последнее время возросло в разы.
А вот число обращений в суд со стороны банков по сравнению с прошлым годом почти не увеличилось. Как видим, механизм взыскания долгов, созданный в банковской сфере, успешно выдерживает испытание кризисом.
- Рост числа исков приводит к росту нагрузки на судей. Какая картина, если брать этот ракурс, складывается в хозяйственном суде Минска?
- В целом за последние 10 лет количество рассматриваемых дел выросло в 10 раз, а численность судей увеличилась лишь на 50%. В первом полугодии 2009 г. каждый наш судья рассматривал в месяц в среднем по 85 дел, что примерно на треть больше по сравнению с первым полугодием 2008 г. В связи с этим хочется напомнить, что согласно законодательству, действовавшему в конце прошлого века, судья должен был рассматривать 27-30 дел в месяц, при том, что Хозяйственный процессуальный кодекс тогда не предусматривал проведения подготовительных заседаний.
Нетрудно подсчитать, что скорость принятия решений возросла чуть ли не втрое. В этих условиях судья может допустить и процессуальную, и техническую ошибку, но всегда ли можно ставить ему их в вину при такой вынужденной «гонке»? Беспокоит еще и то, что оперативность нынешнего правосудия обеспечивается в основном за счет отказа от выполнения судьями воспитательных функций. Между тем повышение в обществе правовой культуры -- задача актуальнейшая!
 - Много ли отменяется решений, вынесенных судьями столичного суда?
- Несмотря на кризисные нагрузки, качество выносимых решений в целом улучшается. За истекшие месяцы нынешнего года в апелляции отменено порядка 0,8% от принятых постановлений, а в кассации - не более 0,4% при показателях соответствующего периода прошлого года 1 и 0,8%. Причем нужно учитывать тот факт, что в ряде случаев применение норм материального права, истолкованное как «неправильное», во-первых, могло быть вызвано высокой степенью сложности дела, во-вторых, объясняться тем, что обстоятельства дела были по-иному оценены вышестоящими судебными инстанциями, в-третьих, - являться, на мой взгляд, не чем иным, как попыткой нового нестандартного подхода в судебной практике, но никак не низкой квалификацией судьи.
- Каким образом можно снизить нагрузку на судей? Срочно увеличить их количество?
- Нет, это не выход. Судейство - призвание, талант. Но даже при наличии призвания, чтобы вырастить поколение судей, понадобится немало времени. А проблему нужно решать уже сейчас. Есть путь короче и эффективнее: рационализация и оптимизация судопроизводства. Их способы были указаны, в частности, Председателем Высшего хозяйственного суда В.С.Каменковым на одной из встреч с главой государства. Это прежде всего - активное внедрение упрощенных судебных процедур, таких как приказное производство и посредничество, в том числе внесудебное.
Чтобы интенсифицировать судебную деятельность, необходимо срочно увеличивать штат судебных специалистов, который у нас не изменялся уже около 10 лет. Для сравнения: в российском экономическом правосудии на одного судью приходится 3 специалиста. В хозяйственном суде города Минска на 28 судей - всего 7 специалистов, которые к тому же в отличие от российских коллег значительную часть рабочего времени тратят на проведение процедур посредничества.
Оставшееся также неизменным количество работников судебной канцелярии с трудом справляется с все увеличивающимся потоком корреспонденции.
Поистине «кризисный» кадровый дефицит ощущается в службе судебных исполнителей. Сравним: в суде Заводского района столицы работает 26 исполнителей, а в хозяйственном суде Минска - 14. Выходит, обеспечение прав жителей лишь одного городского района более важно, чем правовая защита субъектов хозяйствования столичного мегаполиса?!
- Все это, так сказать, внутренние резервы судопроизводства. А есть ли внешние факторы, способные облегчить сложившуюся ситуацию?
- Безусловно! О них я как раз и собирался говорить. Прежде всего - это фактор гласности. К примеру, своевременное получение информации о неплательщиках, исключенных из реестра юридических лиц и индивидуальных предпринимателей или находящихся в процедуре банкротства, позволяет субъектам минимизировать риски, связанные с заключением договоров. Наш суд первым среди экономических судов стран СНГ разместил в Интернете реестр должников . И лишь спустя 4 месяца такие списки появились в Службе судебных приставов России.
Возможность знакомиться с текущей судебной практикой позволяет субъектам более точно просчитывать свои решения и тем самым избегать неоправданных рисков. Поэтому еще несколько лет назад мы предложили разместить в Интернете общедоступную базу судебных решений. Но у нас этот вопрос пока только обсуждается, а в России такую базу уже создали - там гласность положительно влияет на судопроизводство, ведь неграмотные или незаконные решения вызывают большой общественный резонанс.
- А чем вы можете объяснить сравнительно медленный рост популярности процедуры посредничества? У нас при ее помощи пока рассматривается только один спор из пяти, в станах Запада эта пропорция обратная, а в США медиаторы урегулируют до 95% экономических конфликтов.
- Применительно к нашему суду - дело прежде всего в специфике экономических конфликтов. В Минске все же довольно высок уровень правовой культуры, субъекты хозяйствования пользуются услугами высококвалифицированных юристов. Конфликтующие стороны всеми способами стараются не доводить дело до суда, если нет спора о праве. Заявление в суд подается только тогда, когда возможности разрешить конфликт «полюбовно» исчерпаны, и другого пути, кроме как судебное разбирательство, не остается. Что же удивляться, если в таких ситуациях истец в заявлении делает приписку «посредничество не предлагать».
Поэтому в столичном суде институт посредничества используется в основном для урегулирования наиболее сложных споров: если у сторон не хватает доказательств или требуется проведение длительных и дорогостоящих экспертиз, в случае нечетко составленных договоров и т.п. Процедура посредничества становится едва ли не единственной альтернативой многомесячному судебному процессу с непредсказуемым финалом.
Напомню и о том, что сама возможность участия в процедуре посредничества требует довольно высокого уровня деловой культуры у спорящих. О воспитательной роли суда и гласности я упомянул не случайно. На мой взгляд, едва ли не главная цель примирительного судопроизводства - способствовать развитию в стране деловой этики.
- А что препятствует спорящим выбрать приказное производство?
- Думаю, что прежде всего - размеры ставок государственной пошлины. В простых случаях с незначительными исками (в областных судах к этой категории относится до 50% подаваемых исков, у нас - около 30%) истцу дешевле обходится именно исковое судопроизводство. Так что урегулирование ставок госпошлины - огромный резерв снижения нагрузки на судей!
Но есть и другой фактор, влияющий на выбор спорящих. Само приказное производство у нас недостаточно гибко. Поскольку оно основано на согласии второй стороны, то необходимо дать возможность выносить решения по признанным суммам. Иначе говоря, если ответчик признает основную сумму долга, но не признает проценты и штрафные санкции, то при вынесении определения о судебном приказе с него могла бы быть взыскана бесспорная сумма, а в остальной части требования могли быть рассмотрены в порядке искового судопроизводства.
- А влияет ли, по вашему мнению, на отказ субъектов от приказного производства реакция контролирующих органов, в некоторых случаях негативно относящихся к такого рода компромиссам?
- Конечно. В случае, когда истцами являются контролирующие органы, органы местной власти, предприятия тепло-, водо-, энергоснабжения, коммунальные службы, как правило, боятся обвинений в соглашательстве с субъектом предпринимательской деятельности и потому редко идут на уступки, хотя во многих случаях размер санкций значительно превышает сумму основного долга, и полные выплаты по искам оказываются неподъемными для ответчика.
 Однако конкретно в Минске вопросы уплаты налогов, расчетов за электричество, тепловую энергию, водоснабжение, услуги коммунальных служб и т.д. традиционно решаются в досудебном порядке районными и городской комиссиями по расчетам. Хотелось бы сказать за это огромное «спасибо» исполкомам! В нашем судопроизводстве «расчетные» дела стабильно занимают всего около 5%.
- Насколько часты жалобы на срыв графиков проведения заседаний и нарушение правила договорной подсудности?
- К сожалению, такие случаи действительно имеют место. Было бы удивительно, если бы судьи при столь высокой нагрузке успевали все дела рассматривать в соответствии с графиком. Сгладить ситуацию можно за счет рассмотрения дел на нескольких заседаниях. Но такая практика сегодня не приветствуется. За последние 5-7 лет показатель отложенных дел у нас сократился с 21 до 5%. Хотя я не уверен, что в нынешних условиях всегда надо стремиться рассмотреть дело в одном заседании. Правильнее было бы оставить этот вопрос на усмотрение судьи и не причислять факт переноса рассмотрения дела к числу негативов судебной работы.
Что касается статьи о договорной подсудности между белорусскими субъектами хозяйствования, то, на мой взгляд, ее вообще можно исключить из ХПК. Во-первых, отказ от договорной подсудности для резидентов не противоречит международным обязательствам нашей страны. Во-вторых, площадь нашей республики позволяет субъекту хозяйствования без особых затруднений приехать на процесс в любой город.
- А как вы оцениваете возможность на законодательном уровне запретить подачу в исковое производство исков, скажем, стоимостью до миллиона рублей, а также исков, где отсутствует спор о праве, и предписать рассмотрение таких дел либо в процедуре посредничества, либо в приказном производстве?
- Такое решение видится вполне рациональным, особенно с учетом того обстоятельства, что издержки на рассмотрение по полной процедуре исков, заявленные требования по которым не превышают нескольких миллионов рублей, не восполняются взысканной государственной пошлиной. Но вправе ли мы лишать субъекты хозяйствования судебной защиты в условиях, когда отсутствует механизм списания долгов по незначительным суммам? К тому же законодательное предписание обращаться в известных случаях к посредничеству или приказному производству уничтожит базовый принцип этих институтов: добровольное согласие сторон.
Так что более правильным я считаю расширять сферу применения посредничества и приказного производства путем внесения ряда изменений в законодательство, в частности, - оптимизировав размеры госпошлины.
Помимо законодательного регулирования разгрузить суды от исков с незначительным объемом требований может развитие рыночных отношений. Совершенно очевидно, что субъекты, которые обращаются в суд, чтобы вернуть свой миллион, просто не умеют работать: если владелец столь мелкую проблему не в состоянии разрешить полюбовно, то он наверняка не сможет справиться с действительно сложными вопросами! Не выдержав конкуренции, он в конце концов прекратит хозяйственную деятельность. Поэтому не предписания, а рынок оградит суды от такого рода заявителей.
- Игорь Николаевич, какой совет в нынешних экономических условиях вы бы могли дать директорам предприятий?
- Хотелось, чтобы руководители прежде всего решали вопросы способами, альтернативными судебным: в ходе прямых переговоров с должником, путем обращения в профильный государственный орган (исполком, министерство, концерн), при содействии посредника. Конечно, чтобы действовать таким образом, надо быть готовым пойти на разумные уступки. Приведу только один аргумент в пользу компромисса: шансы исполнения мирового соглашения в несколько раз выше, чем судебного постановления. Не менее важна и возможность сохранения между партнерами нормальных деловых отношений. А обращение в суд - это крайняя мера защиты нарушенных экономических прав. И применяться она должна только тогда, когда все другие возможности взыскать долг использованы.