Знаем, но не скажем…

Александр ГАЛЬКЕВИЧ

Мировой финансовый кризис является не только главной темой средств массовой информации, но и «головной болью» правительств всего мира. Многие страны уже объявили налогоплательщикам, сколько средств от ВВП планируется направить на антикризисные меры. На пресс-конференции представителей Минэкономики РБ, посвященной мерам поддержки реального сектора экономики, журналисты этих цифр так и не услышали, хотя такой вопрос от нашего журнала был задан.

При этом было заявлено, что сумма известна. Такая секретность была бы оправданна, если бы помощь реальному сектору экономики наши чиновники собирались оказывать исключительно за счет личных сбережений. Но в том то и дело, что на эти цели планируется расходовать средства бюджета, который формирует все белорусское общество. А раз так, то оно вправе знать, насколько эффективно и прозрачно они будут потрачены.

Проблемы нарастают как снежный ком

Заместитель министра экономики Анатолий ФИЛОНОВ подчеркнул, что мировые финансовые проблемы, учитывая экспортную направленность экономики Беларуси, не могли обойти нас стороной. В последние годы ежегодный прирост экспорта составлял в среднем более 9%, а товарооборот в 2008 г. достиг 72 млрд. долл., увеличившись за год на 20 млрд. Учитывая глубокую привязку к российскому рынку, первой всю остроту кризиса прочувствовала на себе машиностроительная отрасль Беларуси, а также все, что связанно с металлообработкой. Ведь многие белорусские предприятия были тесно интегрированы в российскую автомобильную отрасль.
За короткий промежуток времени выпуск автомобилей в России сократился на 50-70%. Например, автомобильный гигант КамАЗ, выпускавший в докризисные времена свыше 5 тыс. грузовиков в месяц, стал собирать не более 900 машин, а в январе конвейер вообще был остановлен. Аналогичная ситуация сложилась на ВАЗе, который с сентября прошлого года сократил производство почти в 2 раза, а в январе-феврале практически не работал. Такой производитель как ГАЗ уменьшил производство с 18 до 6 тыс. автомобилей в месяц, а «Урал» - с 1,5 тыс. до 500.
Естественно, такие же проблемы возникли и на белорусских предприятиях-смежниках, поскольку они были вынуждены снизить выпуск комплектующих для российских партнеров. В целом по белорусской машиностроительной отрасли и металлообработке в январе-феврале произошло падение производства на 20%. Не лучшее положение и в других отраслях, завязанных на российский рынок. В лесной и деревообрабатывающей промышленности спад в начале этого года составил 21,3%, строительных материалов и легкой промышленности - до 16%.
В меньшей степени кризис затронул те отрасли белорусской экономики, которые работали на удовлетворение внутреннего спроса. Так, за два первых месяца в Минсельхозпроде рост составил 7,3% к уровню прошлого года, в стройиндустрии - 7,8, Белгоспищепроме - 8,6, Белбиофарме - 3,6%.
Далее А.Филонов остановился на основных тенденциях, которые выявил кризис. Прежде всего, выросли запасы готовой продукции на складах промышленных предприятий. Сегодня соотношение их к среднемесячному объему производства составляет 91,2%, наибольший показатель в легкой промышленности - 196%, машиностроении - 160,7, лесной и деревообрабатывающей - 108,8%. По отдельным предприятиям эти цифры, естественно, значительно выше.
Резко сократился объем внешней торговли, который в январе достиг чуть более 60% по сравнению с прошлым годом. Физические объемы экспорта снизились на 26,6%, а цены на поставляемую за рубеж продукцию - более чем на четверть. В то же время импорт подешевел лишь на 16,5%. Все это не могло не сказаться на результатах финансовой деятельности белорусских субъектов хозяйствования. Рентабельность в промышленности уменьшилась более чем вдвое - с 16,5 до 8,1%. За январь число убыточных предприятий составило 17,8%, что повлекло за собой увеличение роста просроченных долговых обязательств, и в результате дебиторская задолженность возросла почти на 40%.

Удивительное - рядом

На удивление, отмечается профицит бюджета, причем обещают, что и в целом бюджет этого года будет бездефицитным. Это настораживает, поскольку, во-первых, говорит о том, что налоги платятся с произведенной, но не с проданной продукции. Ведь судя по запасам готовых изделий, белорусская экономика может месяц не работать. Кроме того, фискальная политика, скорее всего, требует кардинальной перестройки. Ибо если субъекты экономики еле сводят концы с концами, то как тогда государство может не ощущать этих кардинальных изменений?
Анатолий Филонов подчеркнул, что начиная с декабря прошлого года правительство разработало меры по выходу из кризиса. Пожалуй, трудно на постсоветском пространстве найти страну, которая бы приступила к реализации этих действий позже нас. Но лучше поздно, чем никогда. Вначале правительство определило для себя три блока вопросов, требующих первоочередных решений. Первый - поддержание ликвидности банковской системы и совершенствование бюджетной политики. Второй - обеспечение стабильной работы валообразующих предприятий и иных организаций реального сектора экономики. Третий - план первоочередных мероприятий по либерализации условий экономической деятельности в 2009 г.
Хотя, по логике вещей, третий блок должен был бы стать первым, и начать осуществлять его задолго до того, как белорусская экономика ощутила на себе все «прелести» мирового финансового кризиса. Ведь либерализация, в отличие от других мер, не требовала финансовой поддержки и могла осуществляться уже в предкризисное время. Тем более, что в России, где эти проблемы начались раньше, уже разрабатывались похожие меры. Хотя и там вначале премьер-министр Владимир Путин заявил, что мировой кризис никак не коснется России.
Какое-то время такой же оптимизм царил и в Беларуси. По принципу - а вдруг пронесет? Но вскоре радужные надежды растаяли, как первый снег, поэтому совместно с российскими коллегами белорусское правительство начало разрабатывать совместные антикризисные мероприятия. В частности определен перечень из 11 российских и 9 белорусских предприятий, которым будет оказана поддержка, разрабатываются идентичные подходы в предоставлении преференций предприятиям Союзного государства по их участию в выполнении госзаказов.
По словам А.Филонова, при разработке мер учитывался уже имеющийся опыт России, Казахстана, Кыргызстана, а также материалы саммита СНГ, проходившего в Молдове. Документ включает 61 мероприятие и 6 разделов: бюджетно-финансовая и банковская система, внешнеэкономическая деятельность, отраслевые подразделы по поддержке промышленности и отдельных предприятий, а также по оказанию помощи на региональном уровне.
В частности, для повышения конкурентоспособности субъектам хозяйствования разрешено проводить уценку сырья, материалов и готовой продукции. Этим с успехом воспользовался Белорусский металлургический завод (БМЗ), который, закупив сырье по высоким ценам, не мог после снижения мировых цен продать свои изделия. За счет этого БМЗ удалось увеличить объемы производства более чем на 6%, хотя в мировой черной металлургии произошел резкий спад. Кроме того, сейчас предприятия могут не проводить переоценку основных фондов, а также вправе использовать амортизационные отчисления по своему усмотрению. Для повышения мотивации работников маркетинговых служб разрешено выплачивать им вознаграждение за реализацию произведенной продукции.
Постановлением Совета Министров установлены льготные тарифы на газ, тепло и электроэнергию, чем воспользовались 125 предприятий промышленности с энергоемким производством, которые находились в тяжелом финансовом положении. Предусмотрено закупить для нужд сельского хозяйства отечественной техники на 3,5 трлн. руб. Кроме того, разрабатываются дополнительные меры поддержки валообразующих предприятий, которые будут выражаться в 100%-ном погашении взятых ими кредитных ресурсов.
Все перечисленные меры, по мнению правительства, помогут удержать промышленное производство на уровне прошлого года, или на 1-1,5% ниже ранее достигнутых результатов. Хотя выполнение прогнозных показателей пока никто не отменял, замминистра не исключил, что такой вопрос может быть рассмотрен позже. Все, как заявил А.Филонов, будет зависеть от эффективности мер, предпринимаемых в соседних государствах.
Более подробно вопрос взаимодействия Беларуси и России осветил начальник главного управления по промышленности, транспорту и связи Миэкономики РБ Владимир ДЕРНОВОЙ, который принимал участие в белорусско-российских переговорах. По его мнению, важнейшими мерами совместного антикризисного плана являются: использования российского рубля в расчетах по внешнеэкономическим сделкам, расширение производственной кооперации (субконтрактации), создание совместных холдингов, объединений, промышленных групп, удержание традиционных рынков сбыта Беларуси и России, обеспечение равного доступа на рынки продукции национальных производителей, а также к банковскому кредитованию субъектов хозяйствования на общих условиях.
По словам В. Дернового, наиболее сложные переговоры ведутся как раз по вопросу доступа белорусских и российских предприятий к госзаказам. Как считает белорусская сторона, эти предприятия должны отвечать определенным критериям, прежде всего, работать по субконтрактации, в производимой продукции должна быть существенная доля сырья и материалов другой стороны и т.д. Ведется также работа по созданию совместных лизинговых компаний. Аналогичные соглашения о сотрудничестве планируется заключить с Украиной, другими странами СНГ.

Деньги на ветер?

С сожалением приходится констатировать, что объявленные меры поддержки реального сектора экономики без его коренной реструктуризации могут оказаться неэффективными. Во-первых, вызывает сомнение сама концепция - помогать избранным, поскольку выбор будет носить чисто субъективный характер. В итоге средства получат не те, кто мог бы их с большей пользой использовать для себя и общества, а те, кто обладает лучшими лоббистскими возможностями. С этой точки зрения более логичным было бы снижение налогового пресса для всех субъектов хозяйствования, что реально помогло бы лучшим. Худшим, увы, уже ничто не поможет.
Во-вторых, не предвидится помощи малому и среднему бизнесу, хотя именно это направление, как показывает практика в других странах, более эффективно функционирует в любых, в том числе кризисных условиях. К тому же после неизбежного банкротства некоторых представителей крупного бизнеса именно небольшие предприятия могли бы смягчить социальные последствия, став спасительной гаванью для потерявших работу людей.
А судя по тому, как в этих кризисных условиях работают некоторые «валообразующие» предприятия, такая «пристань» может очень скоро понадобиться. В посольстве Казахстана рассказали об одном, наверное, весьма типичном для наших госпредприятий случае. В этой стране принята программа поддержки агрокомплекса, на нее планируется выделить около 5 млрд. долл. Поэтому логично, что в Беларусь приехал казахстанский предприниматель, который хотел купить белорусских тракторов на 5 млн. долл. Однако нужных модификаций на площадке готовой техники МТЗ не оказалось, необходимо было делать заказ для сборочного конвейера.
Но в этом предпринимателю отказали, сказав, что сначала требуется проверить его платежеспособность. Узнав, что для этого, по заявлению белорусской стороны, понадобится 1,5-2 месяца, покупатель уехал «несолоно хлебавши». А через неделю позвонил в посольство своей страны и сказал, что он все-таки купил трактора, но только не в Беларуси, а в Китае. Может, для МТЗ 5 млн. долл. и не сумма, но с такой «работой» никакие меры поддержки не помогут. При этом возникает еще один вопрос: изучают ли хотя бы изредка наши многочисленные ведомства планы правительств других государств: что и в каких объемах те собираются субсидировать?
В-третьих, предполагаемая либерализация должна предусматривать и сокращение государственного аппарата. Ведь чем слабее вмешательство государства в экономику, тем меньше чиновников нужно для управления. Однако такие меры пока нигде не озвучиваются, хотя всем уже понятно, что бюрократический аппарат страны давно превысил все мыслимые пределы. Например, в недавнем общенациональном социологическом опросе, проведенном центром «Зеркало-инфо» на тему «Госчиновник и экономический кризис» 48,7% жителей Беларуси высказались за значительное сокращение количества государственных чиновников. А 21,8% полагают, что их надо «немного сократить». При этом лишь 1% опрошенных считает, что государственный аппарат необходимо увеличить. Но чиновников у нас намного больше, чем 1%, и это значит, что сама бюрократия, участвовавшая в опросе, понимает: дальнейшее расширение госаппарата смерти подобно.
К примеру, США с населением свыше 300 млн. человек и экономикой, дающей 23% мирового ВВП, управляют всего 11 министров. У нас же этой работой занимаются 4 вице-премьера, 24 министра и 15 руководителей государственных комитетов и организаций, подчиненных правительству, плюс сотрудники Администрации Президента РБ, которые дублируют практически все направления. Не многовато ли это для страны с населением 9,8 млн. человек и вкладом в мировой ВВП менее 0,1%?
Единственный государственный орган, который действительно необходимо создать в это время - комитет по антимонопольной политике, однако делать это нужно за счет сокращения численности на других направлениях. Например, в прошлом году в России было возбуждено около 6 тыс. дел по нарушению антимонопольного законодательства. А сколько таких расследований было проведено в Беларуси? Об этом никто ничего не слышал. Но ведь это тоже одна из составляющих снижения расходов, причем на всех уровнях.
Стоит задуматься и над другими государственными тратами. Не так давно на одном из белорусских телеканалов с гордостью заявили о том, что правонарушителю за контрабанду товаров стоимостью 300 евро присудили 13,5 лет (!) лишения свободы, а женщине-чиновнице за взятку в 1 тыс. долл. дали 8 лет тюрьмы. Возникает вопрос: кого наказывает наша правоохранительная система? Правонарушителей или налогоплательщиков, которым придется теперь долгие годы кормить, одевать и обувать людей, нарушивших закон? Неужели нельзя было обойтись штрафами, которые в отличие от содержания в местах лишения свободы, пополняли бы доходную часть бюджета?
Так что многим правительственным программам, в том числе и мерам поддержки реального сектора экономики, не хватает главного - прагматизма. Все словно забывают, что наша страна обладает ограниченными людскими и финансовыми ресурсами, а потому и относиться к ним нужно бережно.