Краски природы в свете души

Мария МИХАЙЛОВА, искусствовед

Современное изобразительное искусство настолько многогранно и неисчерпаемо, что порой бывает сложно перечислить самых именитых белорусских художников. А рядом с ними работают скромные труженики палитры и кисти, запечатлевая преходящие и потому уникальные моменты жизни нашей страны. Яркий пример - Галина ВОРОБЬЕВА, которая занимается живописью уже более 40 лет.

До того как по-настоящему прийти в искусство, она поменяла много ролей. Первые годы ее жизни пришлись на начало Великой Отечественной войны. Отца забрали на фронт, мать работала на сенокосе, а девочка с восьмерыми сестрами пыталась найти пропитание. Однако уже тогда, впечатленная необъятной по своей красоте природой родины - Урала, душа будущей художницы рвалась к тому, чтобы научиться не только видеть эту красоту, но и создавать ее.

Вначале Галина Филипповна мечтала стать модельером - у нее всегда был неординарный подход к понятию стиля. Но она не смогла поступить в институт, устроилась на работу токарем в Перми и там встретила большую и настоящую любовь.

Вскоре муж увез 24-летнюю Галину в Минск. В чужом городе нужно было начинать жить заново. Несмотря на все сложности, Галина Филипповна полюбила вечно зеленый, «дышащий» город, которому впоследствии была посвящена целая серия ее живописных работ. Кстати, в искусство Галина Воробьева пришла совсем не внезапно - это был поэтапный, сознательный подъем по ступеням самосовершенствования. И, как это часто бывает, если человек начинает слишком долго блуждать в поисках себя, ему помогает жизнь. Так случилось и у нашей героини.

В 30 лет она тяжело заболела и осталась один на один с тяжелым недугом. Для будущей художницы наступил момент истины, когда она осознала, что должна и будет заниматься живописью, причем на профессиональном уровне… Жизнь дала Галине Филипповне шанс, и она им воспользовалась - выйдя из больницы, взяла холсты, кисти, краски и отправилась на велосипеде в ближайший парк.

От неприятностей и проблем она уходила в живопись и природу. Эти два понятия для художницы практически едины, являются взаимопроникающими. Галина Филипповна не понимает, как можно писать пейзажи, изображать природу вне ее среды - дома или в мастерской. Ведь, по сути, сама традиция написания картин на пленэре, которой бесповоротно следует художница, в высшей степени оправдывает само понятие живописности («живо писать»). Ее произведения в какой-то мере относятся к тем истокам пленэризма, когда считалось, что даже краски меняют свой оттенок и структуру, если ими пользоваться на природе. Например, те же ирисы, любимые цветы художницы, которые она так часто изображает. «Ирисы яркие, красочные, разные, в них есть невероятное богатство цвета» - говорит Галина Филипповна. Если бы она написала эти цветы в натюрморте, поставив в банку на столе, то они не были бы такими осязаемыми, как изображенные на весеннем лугу. Все-таки сам по себе натюрморт, если переводить дословно, означает мертвую природу, а это не соответствует творческой философии Воробьевой - «в искусстве должна быть жизнь».

Пейзажи Галины Воробьевой действительно «живые». В изображении тернистых лесных дорог, летних полей, усыпанных одуванчиками, подснежниками, незабудками, чувствуется могучая и таинственная сила природы, которая неизменно присутствует даже в городских пейзажах. Конечно, в некой степени это противоречит самому понятию - «городской пейзаж», который должен включать в себя изображение архитектурных построек. Но Галина Филипповна видит город под более романтичным углом. А это в наше время очень ценно - научиться чувствовать дыхание в бездыханном.

Довольно значительная часть картин художницы посвящена Минску, но примечательно то, что в ее работах город открывается с не совсем привычной стороны. В пейзажах Галины Воробьевой нет напыщенной подчеркнутости развитого индустриального города. В них есть удивительные по своей красоте парки, скверы и сады: весенний разлив на Свислочи, старое болотце в Лошице, сумрачный туман в Куропатах - поэтические сюжеты картин в какой-то мере подчеркивают восхищенный и одновременно философский взгляд художницы на природу.

Сказать, что пейзажная живопись Галины Филипповны довольно обширна, значит не сказать ничего. Она пишет буквально все, что ее окружает. Это могут быть как знаменитые исторические города - Суздаль, Новгород, Псков, Архангельск, так и скромные дворики в пригородах, заброшенные ручейки, необъятные озера, реки и моря.

Художественный стиль Галины Воробьевой сложно связать с какими-либо аналогиями в истории искусства. Можно сказать, что ее работы почти импрессионистические по колориту и романтические по содержанию, но без отхода от реальности. Да, она не стремится к фотографической точности, но в изображении природы это не так важно, как внутренний свет, который несет этот символ души художника - его произведение, его дитя.

Сейчас Галине Филипповне Воробьевой 70 лет и у нее за плечами богатый опыт работы в живописи. Тем не менее, художница всегда подчеркивает тот факт, что она самоучка, редко упоминая о том, что в свое время заочно окончила Московский народный университет искусств: «Что это была за учеба? Я напишу одну работу - отсылаю бандеролью в Москву, напишу еще одну - опять отсылаю. В конце такой «учебы» мне выдали эти самые «корочки». А работы мои распродали». Поэтому, говоря о совершенствовании своей художественной техники, Галина Филипповна прежде всего ссылается на внутреннее чутье и неустанное трудолюбие.

Вообще, женщина-художник - своеобразный феномен. Ведь художественный процесс подразумевает не только творчество, но и довольно тяжелую физическую работу: нужно сделать подрамники, натянуть холсты, загрунтовать их, закрепить держатели. Все это Галина Филипповна делает сама, без посторонней помощи.

Ее невероятная энергетика поражает. Воробьеву никогда не смущают ни погодные условия, ни жизненные катаклизмы. Так, зимой, она одна идет в лес и, забывая обо всем, творит. Пишет размашисто, широко, смело - по душевному порыву, по велению сердца. Она танцует и поет, на ходу сочиняет стихи и музыку и бесконечно радуется жизни. В этом вся она - Галина Воробьева, ее художественный и психологический облик.